Рассказала мне эту историю Мария Сергеевна, уборщица в конторе в одном из административных зданий около главной площади нашего городка.
"Сижу я в подсобке, чай с сушками жую, книжку потрёпанную листаю — «Заговоры от нечисти». Тут — бац! Входная дверь чуть не слетает с петель. Врывается он, Вихрь прозвищем, Виктор по паспорту. Менеджер новый. Глаза как у рожающего порося, галстук на шее — удавкой затянут. В первый раз когда его увидала: думала, скандал какой начался! Говорит громко, офисных соседей кошмарит, стульями гремит, в компы тычет — а те мигают, как чёртовы огни. Я в компах не шарю, для меня это ящики с бесами внутри. Хотя телефон дети подарили, видяшки люблю смотреть.
Ладно, попёрлась шваброй махать. На кухне грохот — Вихрь с кофеваркой воюет. Шарахнул по ней рукой: «Где мой кофе?!». А машина-то, видать, обиделась — плюнула в него кипятком. Я хихикнула, а он на меня: «Че ржёшь? Убери лужу!». Грю: «Барин, ты её не зли — она ж живая!». Он фыркнул: «Живая?! Да это же железка!». А я про себя: "железка, а бесы в ней, вот!"
А на обеде стажёр Колька, сопляк зелёный, Вихрево «Юбилейное» схавал. Вихрь как взревел: «Кто сожрал?!». Все замерли, как зайцы перед выстрелом. Колька трясётся: «Думал... печенье общее...». Вихрь глаза вылупил: «Общее?! Тут только мои нервы общие!». Теперь печенье в шкафу с бумажкой: «Виктор». Вечером тихонько подошла, солью посыпала — от порчи. Утром Вихрь морщится: «Чё за хрень солёная?!». Все ржут, а я: «Бесы соль боятся...».
По средам у них "рыбный день" — все сидят в "аквариуме" на оперативке, комната такая из стекла, а Вихрь как Ленин на броневике руками машет угрожающе, на доске графики какие-то. Раз у них там проектор погас, так Виктор ладонью хлоп — на доске высветилось: «Как придушить сотрудников». Все фыркают, коллеги в углу кучкуются, ржут. Он: «Это не смешно!». Я ему потом шепчу: «Виктор Палыч, бесов не гневи — отомстят!». Он ко мне: «Каких бесов?!». «Да вон, — тычу в розетку, — в проводах живут!». Он рукой махнул: «Дура!».
А однажды принтер взбесился. Вихрь его стукнул, а тот бумагу жуёт, чёрным порошком плюётся. Вдруг листок выплёвывает: «Виктор — му.дак!». Офис обалдел. Вихрь покраснел как рак, потом... ржать начал! Так, что стёкла дрожали. «Зас.ранцы, кто это сделал?!» — крикнул.
Я вечером принтер святой водой окропила, крестик из веточек под него сунула. Утром техник ремонтировал: «Чё за хе.рня?». Вихрь на меня взглянул: «Ты, Мария Сергеевна, иди.отка!».
Решила бесов чесноком выкурить. Под стол Вихря три зубчика подкинула. Через день бухгалтерша Людка: «Чё воняет-то?». Вихрь орёт: «Кто чеснок раскидал?!». Я про себя: «Бесы тебя сварят...». Народ ржёт, а Вихрь меня заставляет убирать.
Потом Вихря повысили. Теперь на третьем этаже орет. Офисные шепчут: «Маша, заговори его!». Я головой мотаю: "Не выйдет. Он сам с нечистью знается. Бесы рядом с ним ходят. Пропащий он."
Смеются, а я знаю: как Вихрь пройдёт — в углах шепоток стоит. То ли сквозняк, то ли бесята болтают. Подмету, солью полы посыплю — тишина. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить..."