Прогуливаясь по набережной, мы почти не разговариваем, но Матвей не отпускает мою руку. Он легко гладит тыльную сторону моей ладони большим пальцем, не сжимая слишком сильно, но и не давая ей выскользнуть.
Его действия едва уловимы, но в них чувствуется собственническая забота, и эти прикосновения нравятся мне до потери пульса.
Нас отвлекает зазывала на катер, вежливо предлагающий продолжить прогулку теперь по воде. Стоит мне только бросить на Матвея единственный вопросительный взгляд, и вот он уже договаривается о цене, а потом подает мне руку, чтобы я спокойно зашла на борт.
- Какой все-таки хороший день. Вкусный ужин в прекрасном месте, прогулка на катере со всеми этими огоньками по берегам... - я с улыбкой осматриваюсь по сторонам, отмечая, что обстановка создается очень романтичная. Матвей подходит чуть ближе, обнимает меня за талию, и через несколько секунд я уже прижимаюсь спиной к его широкой теплой груди.
Я чувствую его теплое дыхание на своей шее, когда он хрипло говорит:
- Знаешь, я не вижу никаких огоньков. Единственное, на что я могу смотреть, - это ты.
Я поворачиваюсь к нему лицом. Я едва успеваю произнести его имя, когда расстояние между нами сокращается до предела. В воздухе едва ли не мелькают искры от напряжения между нами.
Я бездумно обвиваю руками его шею.
- Я ждал этого весь вечер, - чуть грубовато говорит Матвей и, наконец, целует меня.
В нашем первом поцелуе нет неуверенности. Матвей будто хочет показать, что я - его, и я не имею ничего против.
Наш поцелуй полон страсти. Я хотела этого с того момента, как мы познакомились, и с тех пор мое желание разгоралось и нарастало с каждой нашей встречей. Наконец-то я могу расслабиться, почувствовать себя желанной рядом красивым и сильным мужчиной.
Сейчас для меня не существует никого, кроме Матвея.
Мне все равно, кто нас увидит.
Матвей требует полного моего внимания, и он его получает.
Я запускаю пальцы в его жесткие волосы, упиваясь пьянящим ощущением того, что наконец-то узнала, каков он на вкус.
Его запах окутывает меня, и я растворяюсь в крепких объятиях.
Рядом с Матвеем я чувствую себя маленькой и защищенной.
Разочарованно застонав, я тянусь за Матвеем, когда он пытается отстраниться.
- Если мы продолжим в том же духе, я уже не смогу остановиться, - шепчет он.
Я прикрываю глаза, чувствуя доказательство его желания: Матвей прижимается пахом к моему бедру, заставив меня тихо жалобно проскулить.
А потом он резко отступает назад. Я едва справляюсь с искушением податься следом и снова прижаться к Матвею всем телом. Он тяжело дышит.
- Ты меня убиваешь, - говорит Матвей подозрительно мрачным тоном.
Но его голодный взгляд скрывает в себе совсем другие чувства.
Он хочет меня так же сильно, как и я его, эта правда написана у него на лице. И кое-как скрыта неудобными джинсами.
Приходится отвернуться и опереться на перила, чтобы не свалиться за борт. Колени откровенно дрожат от возбуждения. Матвей снова подходит со спины, но больше не прижимается, только слегка придерживает за талию.
- Ты заставляешь меня забыть, что вокруг есть что-то еще, кроме тебя, - хрипло шепчет он мне на ухо.
Сердце начинает биться еще чаще, хотя, казалось бы, куда больше.
- Какие сильные заявления.
- Я могу сказать тебе еще много чего интересного. И не только сказать.
Тихо рассмеявшись, я прикрываю глаза и подаюсь назад, чтобы прислониться к его сильному, жаркому телу.