Недавно новый руководитель государственной корпорации «Роскосмос» Дмитрий Баканов заявил, что планы по созданию ядерной космической энергетической установки и связанные с ней проекты станут частью одного из национальных приоритетов развития страны. В первую очередь речь идёт о разработке так называемого «ядерного буксира» или, как его ещё называют, транспортно-энергетического модуля на основе реактора мегаваттного класса.
Если кратко, это инновационная технология, которая может перевернуть представления об освоении дальнего космоса, сделать путешествия к Луне и Марсу более быстрыми, а также расширить диапазон научных экспериментов на орбите и за её пределами. Идея подобного аппарата существует в научном сообществе уже давно, но активная работа над концептом началась в России после нескольких этапов фундаментальных исследований: ещё в 2010-е годы были проведены испытания элементов будущего реактора, в том числе в стенах Исследовательского центра имени М. В. Келдыша и результаты показали перспективность направления.
В отличие от обычных химических ракет, где топливо сгорает быстро и обеспечивает лишь относительно короткие импульсы тяги, ядерная установка может питать космический аппарат энергией гораздо дольше и стабильнее, позволяя выполнять более длительные манёвры в глубоком космосе. Это может открыть дорогу к экспедициям на Марс с более коротким перелётным временем, к полётам к спутникам газовых гигантов и даже к строительству более масштабных орбитальных станций, куда обычные ракеты доставляют грузы слишком долго или слишком дорого.
Безусловно, перед инженерами и учёными стоит задача обеспечения безопасности подобной ядерной энергоустановки. В этой части проект предполагает строгий контроль на всех этапах — от производства реактора до его запуска и дальнейшей эксплуатации. СССР уже имел опыт запуска спутников с ядерными энергоисточниками в 1970–1980-х годах (например, серия «Космос»), что закладывает определённую базу знаний и навыков.
Сегодня разработчики делают ставку на то, что технологический прогресс в ядерной энергетике и материаловедении позволит создать компактный реактор, выдерживающий жёсткие условия космического пространства и обладающий ресурсом, достаточным для полноценной экспедиции на дальние орбиты и даже за пределы земного притяжения на большие расстояния. Включение ядерной космической программы в нацпроект можно расценивать и как сигнал к тому, что государство готово инвестировать в высокорисковые и высокотехнологичные отрасли для формирования задела на десятилетия вперёд. Ведь космонавтика — это не только про престиж и научные достижения, но и про развитие смежных областей: от металлургии и химии до IT и медицины.
Благодаря таким проектам, в будущем можно ожидать появления новых типов космических аппаратов, способных эффективно доставлять полезную нагрузку, проводить исследовательские миссии на отдалённых планетах или астероидах, обеспечивать работу автоматических станций и даже, если смотреть чуть дальше, закладывать основу для колонизации Луны и Марса. Таким образом, заявление Баканова о том, что ядерная космическая программа войдёт в нацпроект, отражает не просто амбиции, а чёткую стратегию развития отрасли в стране. Важно, что такой шаг, во-первых, консолидирует усилия многих российских научных центров и частных предприятий, а во-вторых, закладывает фундамент международного сотрудничества, поскольку вопросы освоения дальнего космоса уже давно волнуют и другие космические державы. Есть надежда, что в итоге мы станем свидетелями качественного рывка в исследованиях Солнечной системы и за её пределами, а Россия укрепит свои позиции лидера в области передовых космических технологий.