Дуб в Войне и мире играет символическую роль, олицетворяя силу, стабильность и преемственность, а также связь между поколениями. Этот образ появляется в одном из ключевых эпизодов романа, в сцене, когда Андрей Болконский, возвращаясь с поля брани, осматривает дубы на своей родовой земле.
Дуб, стоящий на фоне величественного пейзажа, символизирует надежность и прочность, как и сама русская земля, с ее глубокими корнями в истории. Когда князь Андрей, разочарованный в светской жизни и тяжело переживший утрату жены, задумывается о смысле жизни, он находит утешение и силы в этих деревьях, которые пережили многие поколения и остались стоять. Это дерево становится метафорой как для внутреннего состояния князя, так и для русского народа, которому предстоит пережить войну, но не сломаться.
В романе дубы также играют роль в философских размышлениях Толстого о судьбе, вечности и вечном цикле жизни, который неизбежно чередуется с смертью и возрождением.
Том 2. Часть 3. Глава 1 (отрывок)
На краю дороги стоял дуб. Вероятно, в десять раз старше берёз, составлявших лес, он был в десять раз толще и в два раза выше каждой берёзы. Это был огромный в два обхвата дуб с обломанными, давно видно, суками и с обломанной корой, заросшей старыми болячками. С огромными своими неуклюжими, несимметрично-растопыренными, корявыми руками и пальцами, он старым, сердитым и презрительным уродом стоял между улыбающимися берёзами. Только он один не хотел подчиняться обаянию весны и не хотел видеть ни весны, ни солнца.
,,Весна, и любовь, и счастие!’’ – как будто говорил этот дуб, – ,,и как не надоест вам всё один и тот же глупый и бессмысленный обман. Всё одно и то же, и всё обман! Нет ни весны, ни солнца, ни счастия. Вон смотрите, сидят задавленные мёртвые ели, всегда одинакие, и вон и я растопырил свои обломанные, ободранные пальцы, где ни выросли они – из спины, из боков; как выросли – так и стою, и не верю вашим надеждам и обманам’’.
Князь Андрей несколько раз оглянулся на этот дуб, проезжая по лесу, как будто он чего-то ждал от него. Цветы и трава были и под дубом, но он всё так же, хмурясь, неподвижно, уродливо и упорно, стоял посреди их. «Да, он прав, тысячу раз прав этот дуб, думал князь Андрей, пускай другие, молодые, вновь поддаются на этот обман, а мы знаем жизнь, – наша жизнь кончена!» Целый новый ряд мыслей безнадёжных, но грустно-приятных в связи с этим дубом, возник в душе князя Андрея. Во время этого путешествия он как будто вновь обдумал всю свою жизнь, и пришёл к тому же прежнему успокоительному и безнадёжному заключению, что ему начинать ничего было не надо, что он должен доживать свою жизнь, не делая зла, не тревожась и ничего не желая.
…