Все началось с перчаток. Черных, кожаных, которые он никогда не снимал. Даже летом. Даже в тридцатиградусную жару.
Наш дом — стандартная пятиэтажка на окраине, где все про всех всё знают. Или думают, что знают. Валентина с первого этажа — бывшая учительница математики, вечно всех поправляющая. Семья Кравцовых с третьего — он инженер, она бухгалтер, двое детей-погодок, собака Рекс. Нормальные, понятные люди.
И он. Квартира 14, прямо над моей. Худощавый, сутулый, лет пятидесяти. Всегда в черном. Всегда в перчатках. Никогда не здоровается.
— Бывший зэк, — шепотом говорила Валентина. — У меня нюх на таких.
— Да шпион он, — подмигивал дядя Миша из пятой квартиры. — Чего ночами-то не спит? Сигналы подает!
Я слышала его шаги. Почти каждую ночь. Тук-тук-тук над головой, как метроном. Ровно. Методично. Пугающе.
***
В нашем подъезде есть традиция — в последнюю субботу месяца мы вместе убираем двор. Это святое. Но он — никогда. Ни разу за три года.
В тот день лил дождь. Я тащила мусорный пакет к контейнеру, промокшая, злая на всех и вся, когда увидела его, странного соседа. Он стоял под козырьком подъезда, наблюдая за нами. В руках — неизменные черные перчатки, которые он почему-то теребил, но не надевал.
— Могли бы и помочь! — не выдержала я, проходя мимо.
Он посмотрел на меня... растерянно? Это было новое выражение для его обычно безэмоционального лица.
— Я... не могу, — тихо ответил он, глядя на свои руки.
Что-то в его голосе заставило меня остановиться. Не извинение и не оправдание — простая констатация факта.
— Почему?
Он долго молчал. Потом медленно натянул перчатку на правую руку и... снял с левой.
Я застыла. Его рука — от запястья до кончиков пальцев — была покрыта узором из тончайших шрамов. Белесые линии переплетались, образуя паутину, некоторые глубже, некоторые едва заметные. Это выглядело... завораживающе.
— Дерматилломания, — произнес он слово, которое я слышала впервые. — Навязчивое желание трогать кожу, расковыривать её. Без перчаток... — он не закончил.
Я стояла, не зная, что сказать.
***
Его зовут Андрей Сергеевич, и он не бывший зэк. И не шпион. Он — реставратор. Восстанавливает старинные книги.
— Руки — мой главный инструмент, — объяснял он, пока мы пили чай в его квартире неделю спустя. — Но и главная проблема.
Я огляделась. Его "шпионское логово" оказалось мастерской. Повсюду книги: на полках, на столах, свисающие на специальных держателях. Какие-то с порванными корешками, другие с выцветшими страницами, третьи — рассыпающиеся от времени.
— Это мои пациенты, — грустно улыбнулся он, заметив мой взгляд. — Некоторых уже не спасти, но я стараюсь.
Ночные шаги? Это его работа. Старые книги капризны — некоторые манипуляции можно проводить только при определенной температуре и влажности. Часто это случается ночью.
— Но почему вы никогда...
— Не общаюсь? — он закончил за меня. — Люди... они задают вопросы. О перчатках. О шрамах. Проще быть "странным соседом".
***
Вчера я принесла ему коробку старых книг, найденных на бабушкином чердаке. Видели бы вы его глаза! Как у ребенка в кондитерской.
— Боже, это же первое издание Куприна! — выдохнул он, бережно перелистывая хрупкие страницы. — Я... я не могу это взять.
— Это подарок, — улыбнулась я. — За чай и прекрасные истории.
Мы теперь часто пьем чай. Он рассказывает про каждую книгу как про живое существо — с историей, характером, тайнами. Иногда даже смеется. Представляете? "Странный сосед", которого боялся весь дом, смеется!
***
Сегодня была суббота. Последняя суббота месяца. Наш традиционный субботник.
Я не ожидала увидеть Андрея Сергеевича во дворе, но он пришел. В своих неизменных перчатках и с какой-то странной конструкцией в руках.
— Я не могу работать с землей, — сказал он, заметив мой взгляд. — Но могу подстричь кусты. — Он продемонстрировал свое изобретение — садовые ножницы, прикрепленные к длинной рукояти. — Не придется прикасаться к растениям напрямую.
Валентина уронила грабли, когда увидела, как виртуозно "странный сосед" превращает наши бесформенные кусты сирени в аккуратные геометрические фигуры.
— Ты оказывается садовый дизайнер? — ахнула она.
— Просто книжный реставратор, — улыбнулся он. По-настоящему улыбнулся, глядя ей в глаза. — С необычным хобби.
***
Иногда я думаю: сколько интересных людей живет рядом с нами, пока мы записываем их в "странные соседи"? Вешаем ярлыки, придумываем истории, не потрудившись спросить напрямую.