Казалось бы, финал музыкального шоу "Суперстар!" уже отгремел, а страсти поутихли. Но нет — скандал продолжает набирать обороты с новой силой. Если раньше упреки в адрес певицы Азизы как участницы проекта звучали лишь из уст Леры Кудрявцевой в прямом эфире, то теперь появились реальные доказательства — в Сети оказались голосовые сообщения, которые артистка отправляла команде проекта в поздние часы. И они, мягко говоря, шокируют.
Напомним, в финале шоу телеведущая Лера Кудрявцева впервые решилась публично рассказать, что певица устраивала "ночной террор" после съемок. Тогда Азиза наивно пыталась оправдаться тем, что она "одинокий человек" и просто хотела с кем-то поделиться эмоциями. Но с появлением аудиозаписей эта версия рухнула, как карточный домик.
На утекших в Сеть голосовых отчетах, предоставленных телеграм-каналом "Алена, блин!", Азиза звучит совсем не как ранимая женщина, нуждающаяся в поддержке, а как командир. Не стесняясь в выражениях, она буквально запугивает операторов и сотрудников продакшена. В одном из сообщений певица требует немедленно отправить видео с ее выступлением, угрожая при этом, что если не получит файлы — работать никто не будет, а если она не спит, никто спать не посмеет.
"Я не сплю — и вы ни *** не будете спать!" — доносится с характерной интонацией, подтверждая самые страшные подозрения жюри и зрителей. В другом сообщении с матерной бранью Азиза требует у некоего Тимура отчет, иначе она "не позволит снимать" больше ничего.
После такого даже самые преданные поклонники певицы начали задаваться вопросом: а не заслуженно ли Азиза получила заниженные баллы в финале шоу? Ведь именно эти агрессивные выпады, как говорили члены жюри, могли стать причиной недовольства всей команды. Ранее критик Сергей Соседов заявлял, что певицу засудили, и на сцене она была "на две головы выше других". Но теперь, когда на свет всплыли доказательства ночных угроз, даже он рискует переосмыслить свою позицию.
В Сети уже кипят обсуждения: кто-то считает, что Азиза перешла черту и повела себя не как профессионал, а кто-то находит в ее поведении признаки нервного срыва. Так или иначе, маски сброшены, и теперь история приобретает совсем другой поворот.