Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Новый очаг

Пикассо и его дочь Майя: монстр умел любить!

Эгоцентризм Пабло Пикассо напоминал психопатию: он был убежден, что весь мир вращается вокруг него и его «хочу». О других он не думал вообще. Понравилась молодая хорошенькая жена Поля Элюара? Ок, начинаем с ней роман, а друг Элюар... какой вообще друг, какое кому до него дело? Пикассо не поехал к сыну, когда тот лежал при смерти, не захотел, не смог, отстаньте. Ему вообще было плевать на все, кроме живописи, вот ей, живописи, он готов был отдавать себя, а все остальное пусть как-нибудь само: «Энергетический потенциал у всех людей одинаковый. Средний человек растрачивает свой по мелочам направо и налево. Я направляю свой лишь на одно: на мою живопись, и приношу ей в жертву все...» Честно говоря, это был монстр: беспощадный, циничный, бездушный. Над жертвами своего коварства открыто смеялся. Одна из его возлюбленных, Франсуаза Жило, с ужасом говорила, что Пабло обращался с людьми, «как с кеглями – ударять шаром одного, чтобы повалить другого». И вот у этого страшного человека тоже было
Знаменитый художник, известный своими цинизмом и бездушием, был нежным и заботливым отцом.
Знаменитый художник, известный своими цинизмом и бездушием, был нежным и заботливым отцом.

Эгоцентризм Пабло Пикассо напоминал психопатию: он был убежден, что весь мир вращается вокруг него и его «хочу». О других он не думал вообще. Понравилась молодая хорошенькая жена Поля Элюара? Ок, начинаем с ней роман, а друг Элюар... какой вообще друг, какое кому до него дело?

Пикассо не поехал к сыну, когда тот лежал при смерти, не захотел, не смог, отстаньте. Ему вообще было плевать на все, кроме живописи, вот ей, живописи, он готов был отдавать себя, а все остальное пусть как-нибудь само: «Энергетический потенциал у всех людей одинаковый. Средний человек растрачивает свой по мелочам направо и налево. Я направляю свой лишь на одно: на мою живопись, и приношу ей в жертву все...»

Честно говоря, это был монстр: беспощадный, циничный, бездушный. Над жертвами своего коварства открыто смеялся. Одна из его возлюбленных, Франсуаза Жило, с ужасом говорила, что Пабло обращался с людьми, «как с кеглями – ударять шаром одного, чтобы повалить другого». И вот у этого страшного человека тоже было заветное место в сердце, секретный уголок, в котором жила его дочь Майя. Читайте продолжение в материале на сайте.