Spiky Muse Ex Nihilo - тут элегантность таит тёмный полунамёк. Игра сочной клубники и холодной фисташки сменяется зрелой розой с «овощным» шероховатым шармом, словно шипы под бархатом. Амбра и акигалавуд сплетают плотный шлейф, где мускус мерцает, как свет в ночи. Роскошный, но мятежный - напоминает мне Delina, но затянутую в химический флёр шампуней из забытых люксовых лабиринтов. Для тех, кто носит тьму, как украшение.
Spiky Muse Ex Nihilo - тут элегантность таит тёмный полунамёк. Игра сочной клубники и холодной фисташки сменяется зрелой розой с «овощным» шероховатым шармом, словно шипы под бархатом. Амбра и акигалавуд сплетают плотный шлейф, где мускус мерцает, как свет в ночи. Роскошный, но мятежный - напоминает мне Delina, но затянутую в химический флёр шампуней из забытых люксовых лабиринтов. Для тех, кто носит тьму, как украшение.