-Мдаа, Михалков - гений... Милая женщина возраста продленного долголетия не могла не восхищаться прозорливостью любимого режиссера и вечными истинами, заложенными в советский шедевр.
-Одинокая женщина- это действительно неприлично. -Не-при-лич-но! Словно копируя героиню Светланы Крючковой, отчеканила она. Мало того, что неприлично! Это, порой, на грани выживания. Наиболее остро намыкавшаяся женщина почувствовала ту неприличность вовсе не после просмотра "Родни", а гораздо раньше, после многократных обращений к хапуге-мастеру, и, особенно, после того, как пришлось самой, своими руками бороться с засором, коленом, потопом. Покорение Балл-канн все больше смахивало на изощренный способ само &&&ва.
Горевать по прошлым неудачным проектам она не привыкла. Конечно, жаль, что не срослось с брачным агентством, глядишь, и сама бы обрела новый статус повышенной комфортности и новое выстраданное счастье. Но, с другой стороны, новый муж, как тот "новый" подержанный автомобиль,- рассуждала она. А, вдруг, битый? Никогда не знаешь, где в пути какой сюрприз, заглохнет по дороге в рай, и как тогда? То ли дело своя добротная машинка, которую, увы, пришлось продать. Тоже битая, но не кем-то, отремонтированная, изученная вдоль и поперек: понятно, чего ожидать. Плевать, что продавленное кресло, бампер проволочкой подвязан, ехать это никак не мешало. Лет десять еще послужит... Кому-то. Решено! Мужу в жизни снова быть! Зря что ли энциклопедия семейной жизни столько лет писана: чем кормить, когда молчать, когда на какие кнопки жать, чтобы в доме и кран, и лампочки, и поговорить. Да и статус... Ста-тус! Одна идешь по улице, или павой под ручку с высоким широкоплечим гражданином? Вооот! То-то!
Правильно организованная разлука -отличный метод восстановить отношения. Любой поживший и видавший виды муж желает парковать свои тапки в уюте, чистоте и при свежих овощах с котлетками. А редкое доброе "маципуська" и кошке приятно. Минус один: люди не меняются, и грабли надо куда-то прятать, чтобы не наступать на них изо дня в день.
Если проблему занудства мужа еще можно было как-то регулировать, то вопрос безбедного жития приобретал масштаб катастрофы. Все доступные виды работ заточены под монументальных женщин. Как там говорят: "Большая женщина для работы, а маленькая -для любви." А если ты всю жизнь внутри очень маленькая, хрупкая и изящная, только чтоб на руках носили, а внешне лишь для горящей избы и коня? Как быть? Какой конвейер? Какие поля, когда в душе ты поэтесса, когда в тебе сил, как в хилой полевой ромашке? Чтобы муж не возлагал на тебя напрасных надежд, он должен отчетливо увидеть: любимую дешевле беречь, европейская медицина- вещь неподъемная. Все надо доводить до мужского восприятия практическим путем: день на сенокосе,- реанимация, день на птицефабрике,- кома. Слова- вода, наглядный пример- неоспоримые доказательства. После того, как муж понял очевидное, остается одно: продолжать любимое дело- писать на эксклюзивную тему, обозначившуюся путем долгих проб пера, жечь словом сердца людей, пробуждать затуманенное сознание, нести свой взгляд на мир в него же, преодолевая преграды и враждебность непочитателей. Другого пути для фило-логично настроенной женщины нет.
Восстановленное семейное счастье требовало очередной разлуки. Родина заманивала незавершенными делами, невывезенными вещами, встречами, полными слез радости и ностальгии. Ставшая почти европейской ножка ступила-таки на некогда родную землю. Земля не содрогнулась, проявила радушие, хлеб стал еще ароматнее, колбасы вкуснее, картошка крахмалистей. И только непочитатели, пресытившиеся острыми и дерзкими сочинениями своего антикумира, подозрительно сурово шептались в предвкушении грядущих событий ее прощального тура на родину. Противостояние выходило на новый уровень. Получив три, а то и все четыре черных метки, стоическая женщина включила режим желтой опасности. О ней же источали аромат срезанные во время уборки придомового палисадничка ЕЕ нарциссы. Никогда! Никогда идейная женщина, вставшая грудью за мир и против тотального расчеловечивания, не пойдет на дешевые компромиссы.
-Буду писАть! Буду нести свои истовые истины! Буду искать созвучных мне людей широкой души! Да не оскудеет рука дающего!!!
Страшнее всех кей-керов вместе взятых может быть только благодатное свекольное поле, ну, на худой конец, бесконечный конвейер с европейскими калиброванными плюшками.
Всем привет!