Пожалуй, ни об одном герое белого движения столько не сказано и не написано. У одних адмирал Колчак предстает выдающейся и многогранной личностью, виднейшим исследователем Арктики и флотоводцем. У других о нем говорится как о трагической и безликой фигуре. В последние годы на фоне многообразия рассуждений о том, что большевики предали интересы государства во время Гражданской войны, адмирал позиционируется не иначе, как спаситель Отечества, отдавший за него жизнь.
Личность Александра Васильевича Колчака, безусловно, храброго и решительного человека, сотканная из многообразия увлечений и честолюбия, жаждала подвига и славы. Он не выносил однообразия, монотонности и порою был склонен к авантюризму и прямолинейности. Временами Колчак позволял себе в общении с окружающими излишнюю резкость и невыдержанность, вызывающие взаимные обиды, непонимание и даже неприязнь.
Выбор диктатора
В Омске адмирал Колчак появился 13 октября 1918 года по дороге на Юг в Добровольческую армию. К этому времени у него за плечами были служба на военном российском флоте, участие в двух арктических экспедициях, в боях в Порт-Артуре и Первой мировой войне. После неудачной попытки формирования в полосе Китайской Восточной железной дороги Дальневосточной армии для борьбы с большевиками Колчак твердо решил пробиваться на Кубань к генералам Алексееву и Корнилову.
После некоторых колебаний он согласился занять пост военного министра в правительстве омской Директории – органе коллективного руководства силами контрреволюции в Поволжье, Сибири, на Урале и Дальнем Востоке. Однако полуэсеровская Директория не устраивала определенные круги торгово-промышленников, высшего офицерства и Сибирского казачества, а также руководство «Национального центра» партии кадетов в Сибири во главе с В. Н. Пепеляевым. 18 ноября 1918 года поборники сильной и единоличной власти произвели в Омске арест членов Директории и от имени Совета министров вручили власть Верховному Правителю России А. В. Колчаку, произведенному в звание полного адмирала.
Пожалуй, все лица, выбравшие Колчака Верховным Правителем, мыслили, как министр труда Л. И. Шумиловский: «Я считал, что адмирал Колчак как сильная личность сможет сдержать военную среду и сохранить государство от тех потрясений, которые неизбежно грозили... Я голосовал за Колчака, как единственный выход из создавшегося тяжелого положения, как наименьшее из зол». «Нашелся ли бы тогда не только в Омске, но и в России человек, который бы не указал на Колчака, как бы предназначенного диктатора?» — вторил ему помощник Главнокомандующего по снабжению генерал-лейтенант Д. В. Филатьев.
Выбор диктатора был предопределен известностью адмирала не только в высших военных кругах России, но и в значительной степени у союзников — Англии, США и Японии. Небольшие «человеческие слабости» адмирала сторонники диктатуры посчитали несущественными и соответствующими харизме вождя.
Программа правителя
Верховный Правитель построил власть в государстве в соответствии с ранее поданной запиской на имя английского генерала Нокса — как принятый на службу Его величества в канун 1918 года. При себе он создал Совет Верховного Правителя, на местах — земства, в губерниях утверждались управляющие, назначалось чрезвычайное Государственное экономическое совещание, а в будущем предусматривался созыв Всероссийского представительного собрания. Разрешалась деятельность политических партий, лояльных режиму, эсеры и меньшевики ушли в подполье, а объединение всех «здоровых сил общества» было возможно только на основе борьбы с большевизмом.
Для гарантий поставок иностранной военной помощи правительство Колчака признало обязанности России по погашению внешних займов и в дело был пущен золотой запас бывшей империи, захваченный дружиной Каппеля в Казани. В Англию, Японию, Францию и США вывезли около 148 тонн золота. На закупку вооружения и обмундирования было потрачено 68 млн, 128 млн рублей были размещены в зарубежных банках на депозиты и под проценты. Вместе с тем Колчак категорически отверг предложение французского и британского премьеров о назначении генерала М. Жанена командующим всеми войсками союзников, включая и русские. Жанен, в чьем подчинении остались только войска чехословацкого корпуса, затаил обиду на адмирала.
Неудачи и причины
Невзирая на низкую боеспособность Оренбургской и Уральской армий на левом фланге своего фронта, Колчак спешно готовил войска к наступлению. Во многом благодаря увещеваниям фантазеров из Ставки и особенно начальника штаба, вновь испеченного генерала Д. А. Лебедева, адмирал в угоду непомерным амбициям бросил Сибирскую и Западную армии на Москву с двух разобщенных направлений. О реальной возможности пробить коридоры на соединение с войсками Миллера на севере и Деникина на юге было напрочь забыто. В итоге после внезапного удара Красной армии по левому флангу колчаковцев войска адмирала потерпели сокрушительное поражение в Предуралье.
Во многом неудачи армий Колчака были предопределены дрязгами в военной верхушке и открытой атаманщине высших кругов казачества. Так, в Оренбургской армии командующий генерал-лейтенант А. И. Дутов выносил все приказы и распоряжения Ставки на обсуждение войскового круга. Атаман Г. М. Семенов на деле вышел из подчинения Колчаку, самовольно захватил литерный эшелон, следовавший во Владивосток, присвоил золота на сумму 43 577 444 рублей и на фронт не отправил ни одного солдата. На территориях Приморской земской управы и Семиречья бесчинствовали атаманы И. П. Калмыков и Б. В. Анненков.
В угоду амбициям ближайшего окружения Колчак последовательно отстранил от должности командующих фронтом генералов М. К. Дитерихса и К. В. Сахарова. Позорный факт ареста Сахарова командармом Пепеляевым, отказ выполнять приказы Ставки командармом Гайдой, убийство комкора Гривина командармом Войцеховским за невыполнение приказа – все это свидетельствовало не только о разложении генералитета, но и падении авторитета Верховного Правителя.
Директивы в никуда
А Колчак тем временем не терял уверенности в успехе и легко соглашался с вводом в пекло войны всех имевшихся под рукой резервов. Но положение не спасли ни Волжский корпус Каппеля, ни Екатеринбургский ударный корпус, ни конная группа Волкова, ни Сибирский казачий корпус Иванова-Ринова… Восстание большевиков в Омске и сдача города Красной армии окончательно сломила способность колчаковцев к сопротивлению, и они начали безоглядное бегство на восток к атаману Семенову.
Словно отрешенный от происходящих событий, Верховный Правитель продолжал руководить государством из вагона литерного поезда и направлял в никуда директивы и указания. В это время истерзанное реквизициями и жестокостью карателей сибирское крестьянство вышло из повиновения, а эсеры и меньшевики раздували пламя восстаний в Томске, Красноярске, Черемхово, Иркутске и Владивостоке.
Для временного руководства сибирскими органами управления в полосе действий 5-й армии РККА Совет народных комиссаров РСФСР делегировал власть Сибревкому во главе с председателем РВС 5-й армии И. Н. Смирновым. В Томск для встречи с Сибревкомом прибыли делегации чехов и эсеровского Политцентра, которому генерал Жанен санкционировал передачу власти от колчаковского правительства. Были рассмотрены вопросы беспрепятственного проезда чехословацких эшелонов на восток и порядок выдачи Политцентру Колчака и оставшегося при нем золота.
Финал
Судьба Колчака и его ближайшего окружения оказалась трагической и вполне предсказуемой. По распоряжению генерала Жанена, дабы обеспечить беспрепятственный проезд чехословаков во Владивосток, адмирал А. В. Колчак со своей любовницей А. В. Тимиревой, как и оставшийся при нем золотой запас в сумме 409 625 870 золотых рублей, были выданы эсеровскому иркутскому Политцентру.
Когда же Иркутску стали грозить подошедшие с запада колчаковцы, то по распоряжению Реввоенсовета 5-й армии РККА и постановлению Иркутского Военно-Революционного комитета, принявшего власть от Политцентра, в ночь с 6 на 7 февраля 1920 года Верховный Правитель России адмирал А. В. Колчак и председатель Совета министров В. Н. Пепеляев были расстреляны эсеровской дружиной. Их тела спустили в прорубь реки Ушаковки неподалеку от ее впадения в Ангару.