Дверной звонок разорвал утреннюю тишину квартиры на Садовой, 6. Алиса, потягивая кофе у окна, нехотя отставила чашку и подошла к видеодомофону. На экране возник худощавый юноша в яркой курьерской униформе, с огромным терморюкзаком, который нелепо болтался на его тощих плечах.
— Здравствуйте, курьер беспокоит, — голос его дрожал от неловкости. — Вчера оплата за ваш заказ не прошла.
Алиса нахмурилась.
— Здравствуйте. Вы ошиблись. Я ничего не заказывала вчера, — ответила она сухо, но с любопытством разглядывая парня.
— Простите, пожалуйста, — юноша замялся, вытащил из кармана смятый чек поднёс его к камере, тыкая пальцем в строчку с адресом. — Вот, посмотрите: улица Садовая, дом 6, квартира 31. Я сам привозил заказ. Девушка расплачивалась картой, но платёж не прошёл. У меня же есть чек, взгляните, прошу вас.
Он говорил быстро, то и дело повторяя извинения, и было ясно, что работа для него — дело новое и непривычное. Алиса, подавив недовольный вздох, открыла дверь. Курьер стоял перед ней, переминаясь с ноги на ногу, и протянул чек от банковского терминала. В строчке «Оплата» значилось: «Код ошибки: 55. Неверный ПИН-код».
— Я же сказала, молодой человек, вы ошиблись, — повторила она, скрестив руки. — Вчера меня дома не было, и заказов я не делала.
— Простите, — курьер покраснел, опустив взгляд. — Оплату проводила другая девушка…
— Тем более, — Алиса не сдержала короткого смешка.
— Вот, — он протянул второй чек, уже от службы доставки, где черным по белому был указан её адрес. — Простите, если честно, я ищу её… или того мужчину. Они бы меня узнали. Мужчина темноволосый, он дал свою карту девушке. Я лица хорошо запоминаю. Простите, если я не решу этот вопрос, с зарплаты снимут всё до копейки, — выпалил он скороговоркой и тут же замолчал - кажется, до него начало доходить, что наговорил лишнего.
Алиса взяла чек, пробежалась глазами по строчкам. Заказ японской кухни: роллы, соевый соус, приборы на две персоны. Сумма скромная, время — вчера, 19:42. Внизу мелким шрифтом значилось имя: «Максим». Её муж. Тот самый, который терпеть не мог суши и всегда морщился при одном их виде.
Она замерла. Темноволосый мужчина в этой квартире был — её муж Максим, конечно. Но девушка? В свои сорок два Алиса уже не считала себя «девушкой», да и курьер вряд ли назвал бы её так из вежливости. А может он всех женщин девушками называет? Что-то не сходилось. Мысли закружились, но внешне она оставалась спокойной.
— Я всё оплачу, где ваш терминал?
Юноша растерянно моргнул. В его мире, где мать когда-то рыдала, узнав об измене отца, такая реакция казалась неестественной. Он ожидал криков, слёз, а вместо этого перед ним стояла собранная женщина, будто её это вовсе не трогало. Проверив оплату дважды, он пробормотал «спасибо» и поспешно ушёл, оставив Алису одну в коридоре.
Она закрыла дверь, прислонилась к стене и вдруг рассмеялась. Смех вырвался сам собой — сначала тихо, потом громче, до боли в животе и слёз на глазах. Это было не отчаяние, а что-то другое, лёгкое, как ветер. Алиса вытерла лицо рукавом, глубоко вдохнула и взяла телефон.
— Макс, привет, — голос её звучал буднично. — Ты сегодня до скольки на работе?
— Привет, — отозвался он, чуть удивлённо. — До семи, если шеф опять не затянет с планёркой. А что?
— Хочу поужинать вместе.
— У тебя планы отменились?
— Да, весь вечер дома. Подумала, было бы здорово провести время вдвоём.
— Я за, но точно не знаю, во сколько освобожусь.
— Ничего, ближе к вечеру решим. Готовить не буду, куплю всё готовое, ладно?
— Договорились.
Она положила трубку и направилась к шкафу. Вешалки заскользили под пальцами, пока взгляд не упал на шикарное чёрное платье — то самое, с новогоднего корпоратива. Алиса провела рукой по ткани. «Праздновать так праздновать», — подумала она с лёгкой улыбкой.
Вернувшись в коридор, она снова взглянула на чек, прочитала название доставки и открыла приложение на телефоне. Через пару минут заказ был оформлен — тот же самый, что вчера сделал Максим: роллы, соус, приборы на две персоны. Она нажала «подтвердить» и отложила телефон, чувствуя, как внутри что-то тихо, но уверенно меняется.
***
Вечер опустился на город мягким полумраком, когда звонок в дверь снова нарушил тишину квартиры. Алиса, уже в том самом чёрном платье, пошла открывать дверь. На лестничной клетке стоял тот же курьер — всё такой же скромный, с терморюкзаком, который казался ещё тяжелее на его узких плечах. Увидев её, он замер, явно не ожидая повторной встречи.
— Добрый вечер, — сказала она спокойно, принимая пакет с заказом.
— Добрый… — пробормотал он, быстро протягивая терминал. Оплата прошла с первого раза, и, дважды сверившись с экраном, юноша поспешно ретировался, бросив на неё насторожённый взгляд. Эта странная женщина и её невозмутимость пугали его больше, чем возможные вычеты из зарплаты.
Алиса разложила роллы на столе, добавив к ним запечённое мясо — уступка вкусам Максима. Она двигалась размеренно, словно готовилась не к ужину, а к какому-то ритуалу. Через час входная дверь щёлкнула, и в прихожую шагнул Максим — чуть усталый, с лёгкой щетиной на лице.
— Привет, — он улыбнулся, снимая пальто. — Ты роллы заказала?
— Да, — отозвалась она, встречая его взглядом. — Вчера у мамы была, попалась реклама доставки. Давно не брали. Знаю, ты не любишь, но для тебя мясо есть.
— Ну почему же, — он пожал плечами, бросив взгляд на стол. — На работе с коллегами как-то заказывали, распробовал. Вроде ничего.
— Перемены — это хорошо, да, Макс? — Алиса улыбнулась, но в её голосе мелькнуло что-то загадочное. — Иди мой руки и садись. Я голодная как зверь.
Максим прошёл в ванную, а вернувшись, сел за стол, украдкой глядя на жену. Её спокойствие настораживало. Те же роллы, тот же ресторан — совпадение? Он в совпадения не верил. Вчерашний вечер с Мией, молодой коллегой, которая смеялась над его шутками и смотрела на него с восхищением, казался теперь далёким и неуместным. Но Алиса не могла знать. Или могла?
Они ели молча. Она ловко подцепила ролл вилкой — вопреки всем правилам японского этикета, — а он ковырял мясо, будто тянул время. Наконец, Алиса отложила приборы и посмотрела на него в упор.
— Как её зовут? — спросила она ровно, без тени упрёка.
Максим замер, вилка дрогнула в руке. Лгать не было смысла.
— Мия, — выдавил он, глядя в тарелку.
— Красивое имя. Необычное, — кивнула Алиса, словно речь шла о погоде. — Давно вы с ней?
— Алиса… — начал он, но слова застряли. Он ждал криков, слёз, чего угодно, только не этого.
— Давай без оправданий, Макс. Просто расскажи. Мне интересно, серьёзно у вас или так, на пару вечеров.
Он поднял глаза, пытаясь понять, где подвох.
— Ты действительно хочешь знать, что у нас с ней всё серьёзно? Это что, шутка? Ты такая спокойная, потому что отравила еду? — он нервно усмехнулся.
— Нет никакого подвоха, — она рассмеялась, и смех её был искренним. — Расскажи о Мие. Имя настоящее, кстати? Откуда она?
— Ей двадцать пять, имя настоящее, — выдохнул он, сдаваясь. — Не думаю, что серьёзно…
— Почему? Легкомысленная? Повелась на крутого дядю? — Алиса прищурилась и теперь выглядела расстроенной.
— Нет, она… хорошая, — он смутился. Говорить о любовнице с женой было дико, особенно хвалить её.
— Тогда в чём проблема? — она наклонила голову, будто вправду ждала ответа.
— О чём ты вообще?
— Она хорошая, ты о ней говоришь с теплом. Это не интрижка. Так в чём дело? Я дам тебе развод, тихо разойдёмся, имущество прямо сейчас поделим, пока время есть.
— Алиса, с тобой всё нормально? Ты какая-то… не ты, — он смотрел на неё, и в груди шевельнулся страх. Такое спокойствие могло быть затишьем перед бурей — он помнил, как летели кружки и трескалась плитка в прошлые разы.
Она уловила его взгляд и мягко сказала:
— Макс, я тебя больше не люблю. Уже года три. И сказать это вслух — как камень с плеч. Ты возвращаешься после наших ссор, я принимаю, но нам давно пора разойтись. Отпусти меня. Я тебя тоже отпускаю.
Он смотрел на неё, не веря. Да, последние годы они ссорились, расходились, но развод казался пропастью, в которую оба боялись шагнуть. Они были вместе с восемнадцати лет, знали друг друга с детского сада — иной жизни просто не существовало. И всё же сейчас её слова звучали так просто, так естественно.
— Может, мы спешим? — он сглотнул. — Кризис среднего возраста, как его называют?
— Нет, Макс. Я обрадовалась сегодня, когда узнала про твой вчерашний вечер. Сначала расстроилась, а потом стало так легко. Я - тебя - не - люблю, — она произнесла это с воодушевлением, почти торжественно.
— Прости, видимо, я тоже… — он выдохнул, словно сбрасывая груз. — Тоже тебя не люблю.
— Тогда давай это отметим, — она улыбнулась и кивнула на стол. А потом встала, вернулась с листком бумаги и ручкой. — Пока жуёшь, набросаем, кто что забирает.
Алиса начала писать список того, что они приобрели в браке. А Максим, доедая мясо, рассказывал о Мие. О том, как она смеётся, как увлекается фотографией. И говорил он так, будто сидел не с женой, а с давней подругой, с которой делил парту в третьем классе.