ь банковки: формально китайцы играли не на деньги, а на палочки с иероглифами... которые на время партии покупали у хозяина, а в конце, перераспределив в пользу победителей, продавали обратно чуть-чуть подешевле. Лица манзов говорят сами за себя — третий слева явно хочет убить не только фотографа, но и всех, кто когда-нибудь увидит эту фотку (5).
Ещё чаще банковок встречались наркопритоны — "опиекурилки" и "морфиниловки". В первых использовались трубки и лампочки (в совокупности — что-то вроде кальяна), во вторых — тупые многоразовые шприцы.
Опиум китайцы курили издавна, а англичане, владея Золотым полумесяцем и Золотым треугольником, сделали его куда доступнее, и через цепочку Опиумных войн поставили династию Цин на колени. Наркомания охватила Китай ещё похуже, чем Россию — пьянство. Последнее тут, кстати, тоже процветало — пили манзы ханшин, то есть очень крепкую (до 60% градусов) водку. Притоны возникали в любой клетушке, и также стремительно исчезали, когда их местоположения становилось известно властям. К концу существования Миллионки только выявлено было 38 опиекурилок и 21 морфиниловка.
А теперь здесь тихо и до зловещего пусто, и до неба с третьей лоджии рукой подать.
После выселения китайцев в Миллионке располагались студенческие общежития, а позже просто муниципальные квартиры.
И если северная часть Миллионки славилась театрами, притонами и банковками, то в южной части из подпольных заведений преобладали публичные дома. Китаянок в них было немного — не своих же дочерей и жён сюда было возить из Шаньдуна? Куда чаще плотскими утехами занимались потерявшие работодателей-соотечественников японки, беглые русские каторжанки и просто социальное дно. Да, были и такие времена — когда на китайца работали японец и русский.
Но теперь это всё обыкновенные дворы, в которых живут обыкновенные граждане. И детворе в здешних кирпичных джунглях — раздолье.
© Илья Буяновский
