Сегодня, во Всемирный день распространения информации об аутизме, психологи Мария Корабельникова и Лия Возлюбленная рассказали, как творчество и групповая терапия меняют жизни молодых людей с РАС.
— Интервью для нашего канала дают замечательные специалисты, профессионалы своего дела, они ведут группы для родителей подростков, которым трудно принять и пережить свои эмоции, а также понимать других людей. И сейчас они сами представят друг друга.
Мария: Лия — потрясающая актриса и психолог. Она играет в плейбек-театре «Соль», а также в форум-театре. Еще у Лии большой опыт работы с группами, в индивидуальной терапии. Она подготовила многих людей к защите дипломов, многих вывела из деструктивных состояний. Я восхищаюсь Лией и очень рада вести с ней группу «РОСТ».
Лия: Мария Корабельникова — человек, который восхитительно может импровизировать. Она ведет тренинги «Лаборатория навыков» для детей и подростков, а также группы импровизации для подростков и взрослых, и она очень хороший психолог, — внимательный, чуткий, профессиональный. Мне кажется, что ее креативность — это одна из основополагающих вещей для того, чтобы искать то, что поможет клиентам.
— Мария упомянула, что вы вместе ведете группу «РОСТ», для кого она?
Лия: Это тренинг для юношей и девушек с РАС. И сегодня как раз день людей с нейроотличиями, а именно, с расстройствами аутистического спектра. Это удивительные люди, которых раньше почти не понимали или понимали только избранные. Даже если они преуспевали, то всё равно считались настолько странными, что не всем хотелось иметь с ними дело. Притом, что многие люди с РАС обладают талантами, которые недоступны обычным людям. Именно они могут постичь и придумать что-то новое, сделать научные открытия. Потому что их мозг может по-особенному воспринимать какие-то явления, мир в целом. И они могут обогатить нашу жизнь (жизнь нейротипичных людей), познакомив нас с тем, как звучит Вселенная на их языке.
.
Мария: Да, но РАС — это широкое понятие. И мы говорим про людей с сохранным интеллектом, они могут жить полноценной жизнью, если им помочь. И что самое главное, Лия очень верно подметила, что даже если они добиваются успехов, они чувствуют себя изолированными от других, потому что есть внутренние переживания (мысли, чувства, эмоции), но нет навыков и достаточного понимания, как это донести, а также, как верно воспринять то, что тебе хотели сказать. Они просто остаются со своими переживаниями и интерпретациями сказанного в одиночестве. Но если этим навыкам научиться, то их жизнь может стать гораздо более счастливой и осмысленной. И пожалуйста, помните, что диагноз не определяет личность. Ты можешь быть полноценным, интересным, харизматичным человеком! Да, у тебя есть диагноз, но если ты умеешь учитывать особенности своего физического состояния (а это физическое состояние), то ты можешь выстроить не инвалидизированную личность.
— А с какого возраста можно идти в терапию? Есть ли у вас какие-то ограничения?
Мария: Моей самой младшей клиентке с РАС 8 лет. Чем раньше родители признают проблему и ведут ребенка к специалисту (нейропсихологу, психологу, психиатру), тем более адаптирован он будет впоследствии. Но если вдруг это долго отрицалось, и вот сейчас ребенку 18/20/25 лет, он уже подвержен каким-то социальным нападкам, и ему самому очень тяжело, то есть, отрицать уже невозможно — идите сейчас, сколько бы ребёнку ни было лет, направьте его к специалисту. Лучше поздно, чем никогда.
Лия: С девяти месяцев можно обнаружить некоторые признаки аутизма. И сразу начать заниматься со специалистами: игровая терапия, навыки, коммуникация. И это громадное облегчение для родителей, потому что они находятся, как правило, в невероятном потрясении от диагноза.
— Получается, родителям детей с РАС тоже нужна поддержка?
Лия: Я бы сказала, что таким родителям нужна огромная поддержка: от терапевтов, знакомых, родственников. Это какой-то вызов судьбы, и они, конечно, выгорают. Мы как-то позвали позаниматься на одно открытое занятие по импровизации и плейбэк-театру родителей. Оказалось, что им так нужна эта разгрузка, им так хочется поиграть, посмеяться, увидеть таких же родителей, как они, — познакомиться и друг другу руку пожать, понимаете?
Мария: Да, и поэтому найти терапевта им бывает очень полезно. Мы с Лией хотим открыть группу поддержки для родителей тоже с плейбэк-театром и импровизацией. Если вам это интересно, пишите в комментариях. Нам нужен запрос! Одна мама как-то сказала на родительской встрече, когда мы делились эмоциями: «Вы меня разбудили!».
— Вы могли бы рассказать, что такое плейбэк? Потому что понимают далеко не все.
Лия: Плейбэк-театр — это театр зрительских историй, когда особым образом подготовленные актеры, выходя на сцену, разговаривают со зрителями. Зрители рассказывают им истории про себя. И актеры играют спонтанный отклик на эту тему, как-то эту историю возвращают, — таким удивительным образом, что она превращается в маленький спектакль. Вот мы многие истории внутри своей головы прокручиваем, они у нас, в общем-то, с одного ракурса… Но когда другие люди, актеры, нам эту же историю преподносят сценически, как они ее услышали и прочувствовали, это совсем иначе выглядит!
Мария: А вот группа «РОСТ» — это ещё один вид плейбэк-взаимодействия, потому что мы с Лией психотерапевты, мы направляем действия и мысли участников. Поэтому группа обладает психотерапевтическими свойствами.
— А что именно происходит на тренинге? Думаю, родителям важно это понимать.
Мария: Мы уже говорили о том, что у ребят с РАС есть такая особенность, что они в силу нейроотличий, несмотря на сохранный интеллект, не очень понимают других людей и то, что большинству на интуитивном уровне понятно (метафоры, фразы с двойным смыслом, ирония, иносказания и т.д.). Так вот, на тренинге через плейбэк они могут наконец посмотреть на мир глазами других людей и многое понять.
Еще мы на тренингах изучаем эмоции, их функции, как мы устроены, чего мы хотим, чем отличается потребность от желания, говорим про ценности, про ситуации социального взаимодействия, — это психообразовательная часть. Ребенку с РАС обычно это не объясняют, потому что для остальных очевидно, что нельзя встать на уроке и начать громко разговаривать. Такому человеку это не очевидно, пожалуйста, поймите!
Еще у нас есть обязательная импровизационная часть для прокачки навыков. Импровизация — это даже мульти-навык. Он включает в себя креативность, гибкость мышления, юмор, ораторское искусство. Ты незаметно для себя приобретаешь навыки, при этом ты, как будто, не учишься, а просто веселишься.
Лия: И еще одно направление — это сторителлинг, умение рассказать о себе. Это очень важно. Ребята с РАС могут сказать какие-то вещи о том, что думают и чувствуют, а вот связать это в вереницу событий: с началом, кульминацией и концовкой — им сложно. Какие истории мы о себе рассказываем, так и видят нас люди. Соответственно, ребята учатся рассказывать о себе и сразу же видят отклик на свою историю в виде игры в плейбэк. Ну и там прокачивается воображение, фантазия, художественное мышление, навык внимания. У человека рождаются метафоры по поводу своего состояния или какой-то ситуации. Это основа развития юмора, коммуникации в целом. Одно дело сказать: «Мне было очень холодно». Другое дело: «Я была как сосулька на ели в зимнем лесу».
— Как этот тренинг в целом может помочь человеку с РАС?
Мария:
1. У ребят с РАС в группе появляется чувство: я такой не один, я могу быть собой! Меня принимают и любят. Это базовые чувства безопасности, комфорта, принятия. Вот это первое, что дает группа, почувствовать себя КЛАССНО, наконец-то.
2. Появляются знания о том, «что со мной происходит, почему это нормально».
3. Здесь можно найти друзей, какую-то свою компанию, это же очень важно.
4. Появляются навыки социального взаимодействия — soft skills, которые везде нужны. Молодые люди с РАС получают все эти необходимые инструменты для того, чтобы разобраться, кто они, что им делать и как жить в этом мире.
— Сколько времени нужно на то, чтобы вывести навыки из группы в реальную жизнь?
Мария: Хороший вопрос, — точно не меньше шести месяцев. Потому что первые два месяца у ребят происходит адаптация.
Лия: Участники группы привыкают к нам и друг к другу. А также к упражнениям, ведь их надо сначала понять, потренироваться. А затем удивиться тому, что у них, оказывается, так круто получается, что ведущие в восторге! Потом мы начинаем работать с пространством, музыкой, какие-то физические упражнения делать, изучаем навыки владения голосом и речью, актерские упражнения, развиваем воображение. И всё это можно уже с первого занятия привносить в свою жизнь.
— Подключиться к группе можно только с самого начала или в любое время?
Лия: Занятия у нас раз в неделю, скорость не быстрая. В течение полугода можно присоединяться, потому что там происходят процессы притирки, сонастройки. Через полгода будет сложнее. Лучше уже в новую группу.
Мария: Новая группа будет набираться либо с лета, либо с сентября. Но и сейчас к нам еще можно попасть, это решается индивидуально. Для нас бережное отношение, наверное, самый большой приоритет, в особенности к людям с РАС. И мы не будем предлагать то, что точно не подойдет. Мы на стороне тех людей, кому волнительно, что там с их ребёнком будут делать. У нас, например, была мама, которая настойчиво хотела посетить наши занятия, говорила: «Я буду сидеть далеко и спрячусь».
— А я могу сделать как эта мама? Прийти и понаблюдать за ребенком?
Мария: Нет, к сожалению, прийти на группу родителям ребят нельзя. Они взрослые люди с сохранным интеллектом, отдельные личности. Мы с Лией берем на себя ответственность за этих молодых людей, и будьте уверены, что они справляются. И если вы заботливая мама, которой очень интересно, мы всегда открыты к тому, чтобы рассказать, как прошло занятие.
Лия: Программа тренинга предполагает каждые два блока бесплатную обратную связь для родителей, по 30 минут. Индивидуально по каждому ребёнку. Никаких секретов нет.
— Давайте уточним, кого вы берёте в группу?
Мария: Это молодые девушки и юноши с РАС (Расстройство аутистического спектра) от 18 до 25 лет.
— Как попасть на тренинг «РОСТ»?
Лия: Это не сложно:
1. Навигационная встреча. Необходимо записаться у администраторов центра на бесплатную 30-минутную встречу с одним из ведущих. Здесь мы обсудим цели и запросы, а также совместимость с группой.
2. Претритмент (подготовка). По необходимости пройти индивидуальные занятия для адаптации к групповому формату (1–5 встреч, решается индивидуально).
3. Групповые занятия. Присоединиться к группе. Занятия проходят раз в неделю. Минимальный курс — 6 месяцев.
— Что вы можете сказать человеку, который прочитал статью и не знает, есть ли смысл обращаться за помощью или нет?
Лия: Всегда есть смысл обращаться за помощью, не оставайтесь наедине с проблемой. Если вы не понимаете, что вам подойдет, стоит написать нашим дорогим администраторам, потому что в нашем центре много тренингов, много разных групп, есть настольные игры и даже возможность посмотреть кино!
Интервью провела Ирина Шин, сотрудник Психологического центра Григория Мисютина.
P.S. Если вам понравилось интервью, поделитесь с друзьями и знакомыми, возможно, оно кому-то поможет!
#РАС #поддержка #тренинг #психологический_центр