Сама не понимаю, как и почему я оказываюсь плачущей на плече у Игната. И уже не важно, что подумают вокруг окружающие. Не важно, что мы с ним можем опять стать центром офисных сплетен. Мне сейчас просто необходимо его крепкое плечо. В которое можно уткнуться носом. И сквозь запах одного мужчины. Дикий, чужой. Почувствовать едва пробивающиеся тонкие нотки терпкого лосьона. Такого знакомого. Такого родного.
И хоть на секунду. Хоть на пару мгновений представить, что рядом со мной сейчас другой. Что не к Игнату я прижимаюсь всем своим телом. Не в его руках дрожу и ищу защиты от жестокости несправедливого мира. Что не он так нежно гладит по волосам. Не он шепчет слова утешения. Не он пытается успокоить. А другой. Все еще любимый. Но теперь такой далекий. Больше недостижимый.
***
— Все! Я от них избавился!
Икаю от неожиданности, продолжая кутаться в теплый плед на заднем сидении красивой тачки Игната. В такой он, наверно, не одну девочку снял. И меня однажды чуть не уломал. Наивную дурочку решившую проверить со всеми ли будет так же хорошо, как с Маратом.
Ошиблась. Не со всеми, конечно. Только он заставлял парить не только мое тело, но и душу. Но это все в прошлом. Хватит. Рыдая на плече у другого мужчины, я поняла, что своему собственному не нужна вовсе. А значит и он мне.
Долой сомненья! Буду одинокой и независимой!
— Что ты с ними сделал? — расширяю от ужаса глаза.
Игнат заваливается на переднее сидение тачки. Бросает на меня взгляд. В котором выражается все. И то, что я дура. И то, что фантазия у меня богатая. Но разве я виновата? Выражаться надо яснея.
— Уволил. А ты что подумала? Сериалов что ли пересмотрела? У нас тут не «Бандитский Петербург»? А я не криминальный авторитет из 90-х.
— Не. Не видела. Мне «Тайны следствия» больше зашли. Но только первые сезоны. Потом ерунда какая-то.
— Согласен, — кивает.
И мы потихоньку скатываемся в обсуждение. Заезжаем в авто-кафе, где Игнат покупает мне стаканчик горячего чая, а себе кофе. Я не отказываюсь. Потому что успела продрогнуть пока до машины шли. А чай он словно изнутри согревает. Навевает приятные воспоминания. Как мы вот так же с мамой и братом проводили вечера в прошлом. Сейчас оно кажется таким далеким. После встречи с Маратом мой мир перевернулся и уже никогда не станет прежним.
Не знаю, правильно это или нет, но жалости к уволенным девушкам я не испытываю. Им тоже головой надо было думать. Взрослые ведь женщины. А устроили невесть что. Впрочем, и я хороша. Надо было сдержаться, а не устраивать дуэль на ёршиках. Даже неудобно как-то. Особенно за тот погром, что мы в туалете оставили.
— Слушай, Игнат… я тут это…
— Забей, — он машет рукой, продолжая смотреть в лобовуху.
И думает, кажется, совсем не обо мне. И как-то неловко вдруг рядом с ним становится. И даже чувство вины гложет. Я трачу время этого мужчины. Время, предназначенное не мне. И опять втягиваю в свои проблемы посторонних.
— Игнат. Я пойду, наверно.
К дверце тянусь. Но он одним взглядом останавливает.
— Куда по темну собралась? Я тебя довезу. Все равно вечер испорчен.
— У тебя были планы?
— Угу. Хотел одну козу уму разуму научить.
Любопытство берет верх, и я спрашиваю:
— Это та девушка, из-за которой ты тогда в ресторане подрался.
— А, да. Прости, кстати за тот случай. Мне тогда что-то в голову ударила.
— Я даже представляю, что, — хихикаю.
И он тоже улыбку тянет. Она у него очень светлая. Не такая как у Марата… Да блин! Я когда-нибудь перестану всех мужчин сравнивать с одним единственным?
— А еще у меня теперь кадровый дефицит, благодаря тебе, — сообщает, когда мы уже к моему дому подъезжаем.
— Прости.
— Да, ладно. Перестань извиняться. Тебе не идет. Все-таки я здесь начальник. И должен нести ответственность за тех куриц, что понабрал.
— Я могу взять на себя часть работы, — сбиваюсь. Не слишком ли наглое предложение? — Вернее, попробую. Помогу чем смогу. Мои обязанности все равно совсем легкие. Даже неудобно такие деньги за это получать.
— Уверена?
Киваю и Игнат заметно приободряется. Похоже проблема нехватки сотрудников его действительно волнует. В конце концов он большой начальник с большим бизнесом, который приносит огромную прибыль. Поэтому понятно, почему так переживает.
— Отлично! — ударяет ладонями о руль, — к тому же у меня есть еще одна отличная кандидатура на замену. Поеду обрадую.
Я выхожу из машины, и она тут же срывается с места. Сомнений не остается к кому так спешит Игнат. И я даже немного завидую той девушке. Ведь к ней торопится такой мужчина. Впрочем… Я уже на своем опыте смогла убедиться — любовь к богатым и успешным ни к чему хорошему не приводит. Но может быть ей повезет больше, чем мне?
Разворачиваюсь и направляюсь к подъезду. Взгляд цепляется за крутой внедорожник во дворе. Интересно, кто себе такую тачку дорогую прикупил? У нас район не богатый. Хотя возможно это приезжие.
Проскальзываю в дом. Стараюсь не шуметь, чтобы не разбудить маму. В ванне с наслаждением избавляюсь от мокрой одежды. Надеваю просторную сорочку. Полюбила их с недавнего времени. А когда живот станет еще больше, думаю, они станут моей единственной одеждой. Забираюсь на кровать и уже собираюсь уснуть.
Денек был не из простых. И усталость буквально валит с ног. Как телефон рядом вдруг начинает вибрировать. Странно. Кто может звонить в такой час? Может брат?
Подношу дисплей к лицу. Щурюсь в темноте от яркого света и еще больше теряюсь. Номер совсем незнакомый. Может не отвечать? А вдруг это Игнат? Я не успела записать его телефон.
Несмело нажимаю на кнопку и слушаю тишину.
— Алло! Говорите! Вас не слышно.
Но никакого ответа не следует. Может спам? Или мошенники? Но я почему-то не сбрасываю. Тишину продолжаю слушать. Вслушиваюсь в нее. Наверное, я сошла с ума. Или у меня на фоне беременности крыша поехала.
Ведь Марат никогда не будет звонить мне так. Да и вообще звонить не будет. Все что хотел, он сказал в том кабинете. И вряд ли у него появилось что добавить. Внутри злость поднимается. На него за то, что бросил. На себя за то, что как тряпка продолжаю надеяться. Фантазировать. Мечтать.
О чем? Что он передумает? Оставит невесту и вернется ко мне? Но что ему помешает вновь поступить со мной так же. Доверие уже подорвано. И как его восстановить? Да и зачем? Но сердце продолжает цепляться за невозможное.
— Марат, если у тебя есть что сказать, то говори, — произношу наугад.
Видимо сегодняшняя дуэль на ёршиках в туалете на меня так подействовала. Разбудила внутри уснувший с беременностью дух борьбы. Ведь в прошлом я никогда не опускала руки. Боролась, пока мама лежала в коме. Пытаясь зарабатывать и учиться. Оплачивать дорогостоящие лекарства и анализы. Врачей, которые давали шанс. Слабую надежду.
Боролась, когда богатый мужик, увидев меня случайно в клубе, решил купить. Поиграть, выторговав несколько ночей за плату. За деньги, в которых я тогда так нуждалась.
Боролась, когда впервые осознала свои чувства к Марату. Поняла, что люблю мужчину, пожелавшего сделать меня лишь любовницей. Пыталась убежать. Спрятаться. Чтобы он не нашел. Да я и не верила тогда, что будет искать.
Разве вся моя жизнь не борьба? Так почему же теперь я опускаю руки?
— Знаешь, Марат, ты козел, но я все еще люблю тебя! — выпаливаю на одном дыхании.
***
В трубке раздается вздох, а потом мне наконец отвечают:
— Мышь, вот зачем ты так?!
Голос его сбивается. Раздается характерное бульканье.
— Марат, ты пьян что ли?
— Только тобой, малыш…
Сердце пускается вскачь, как испуганный зайчик по поляне. Он, конечно, сейчас не в себе. Но так хочется верить.
— Марат, где ты?
— В машине.
— Надеюсь ты не сел за руль?
— Сегодня я отпустил шофера пораньше. — Мара-а-ат! — не выдерживаю, срываюсь на крик, — ты же убьешься!
— Только от любви к тебе, — талдычит он, как попугай.
Никогда его в таком состоянии, если честно, не видела. Да и сейчас не вижу. Но даже голоса хватает, чтобы понять. Самостоятельно до дома он просто не доберется. Порываюсь уже позвонить Игнату. Пускай все разруливает. Партнеры они в конце концов или кто?
Но вспоминаю, как быстро и с каким выражением лица он уезжал от меня. И рука не поднимается. Возможно, у них там сейчас все в разгаре. А тут я со своей просьбой. Игнат точно никогда меня не простит. Я, итак, ему много неудобств доставила. Так что эту проблему буду решать сама.
— Где ты, мое наказание? — выдыхаю.
— Мое сердце всегда возле тебя…
Раздается характерный грохот. Видимо телефон выпадает из его рук. Прислушиваюсь с содроганием. Но никакого визга тормозов. Или удара о бампер соседней машины. Вообще ничего не слышно. Тишина.
Странная догадка, как яркая искорка. Накидываю куртку прямо на сорочку, чтобы проверить. Быть, конечно, такого не может. Но вдруг…
Осторожно выхожу из квартиры. Надеюсь на мамин крепкий сон. И что утром не придется держать ответ, куда и почему я ходила среди ночи. Ведь я и сама не понимаю, что несет на улицу. Что лишает страха, когда приближаюсь к черной махине джипа. Откуда берется смелость, дерзко распахнуть дверцу.
Открывающаяся картина заставляет сердце сжаться. Но лишь на мгновение. А потом приходит понимание. Передо мной человек, который предал.
— Марат! — толкаю его в плечо. Как он вообще сюда добрался в таком состоянии? И главное зачем? — Чего разлегся?
Он бормочет что-то невразумительное. И выглядит так, словно и пальцем пошевелить не в состоянии. Поэтому его стремительный бросок врасплох застает. А руки так крепко сжимаются на моей талии, что не выскользнуть.
— Марат! Больно! Живот!
Он тут же ослабляет хватку. Сопит. Рычит. Зарывается лицом в мои растрепанные волосы. Осторожно касается живота, и я замираю. Пошевелиться не могу. Наблюдаю, как он гладит мой округлый животик и что-то нежно бормочет. Словно с ребенком общается. Затаскивает меня к себе на колени. Прикусывает за ухо.
— Моя-я-я мышка-а-а! Никому не отдам!
— Ты пьян!
Оттолкнуть его пытаюсь. Но куда том. Он — скала. Поэтому перестаю трепыхаться. Все равно он в таком состоянии. Завтра ни о чем не вспомнит. А вот я… Обида во мне борется с терпким искушением. Понимаю, что сама себе хуже делаю. Но иначе не могу.
— Если я твоя, то кто же твоя жена будущая?
— Жена? — продолжает он нашептывать мне в ушко, — ты моя жена. Разве нет?
— Нет, Марат. Ну или мое имя резко стало Роксана.
— Какие глупости! С чего бы мне женится на… ней?
— Сама в шоке!
Его касания такие знакомые, что запускают внутри волну. Легкая дрожь пробегает по телу. Как будто перышком пощекотали. Провели вдоль обнаженной спины и ниже. Туда, где сейчас его руки. Я вздрагиваю. Выгибаюсь. Потому что либидо с беременностью, если честно, усилилось. И чувствительность выросла в разы.
— Марат! Не надо! Подожди!..
С трудом сдерживаю стон. Ведь его пальцы — настоящее искушение. Соблазняют. Заставляют забыть. Забыть то, что нельзя забывать.
Он обдает жаром мою шею. Впивается губами в самые чувствительные уголки. Ведь он их все знает наизусть. Преимущество на его стороне. А еще то, что нас окружает полумрак. Что все происходящее кажется не более чем сном. Плодом моего разыгравшегося воображения.
Марату хватает всего пару движений, чтобы довести меня до предела. Чтобы отправить на пару коротких мгновений в рай. А потом приходит прозрение.
Резко отталкиваю его от себя. Поправляю одежду. Уже хочу из машины выбраться, как он перехватывает запястье.
— Анюта, куда ты собралась? Опять уходишь? Опять меня бросаешь? Ты такая жестокая!
Его слова настолько иррациональны, что я не нахожу ответа. А он пользуется этим. Очень нагло. Очень по-своему. Одним резким движением снова подтягивает к себе и в губы целует. Ударом сердце пронзает.
— Пусти, Марат! — вырываюсь уже окончательно.
Хотя губы горят. Да и я вся тоже. Тело после пережитого сладко поднывает. Предательски требует продолжения. Оно, в отличии от меня, помнит только хорошее. Ведь Марат никогда не был груб. Наоборот. Ценил мое удовольствие едва ли не больше своего.
Быстро выбираюсь из машины и дверцу захлопываю. Не понятно, кого боюсь больше. Ничего не соображающего Марата или собственных чувств. Своей реакции. Неправильной.
Достаю из кармана телефон. Благо взять догадалась. И проматываю ленту вызовов. Нахожу звонок Игната, который он делала по работе. Возможно ответить. Не хотела, конечно, его беспокоить. Но к кому мне еще обратиться? Ведь у меня даже прав нет, чтобы самой сесть за руль.
— Игнат! — кричу, как только он берет трубку, — мне нужна твоя помощь. Тут Марат…
— Господи! Как вы мне все дороги!
Его голос кажется сонным. Рядом слышится чье-то бормотание. Мягкие женские нотки. И я радуюсь, что не застала их на горяченьком. Иначе со стыда бы просто сгорела.
— Спи, спи, лисичка. Я по делам съезжу. Вернусь и мы продолжим. И не смей убегать! Все равно догоню.
Не отключаюсь только потому, что не сказала куда ехать. Хотя очень хочется. Ощущение будто за чужой жизнью в замочную скважину подглядела. Не особо приятное.
— Куда ехать, исчадие ада?
***
— Что с глазами?
Игнат вглядывается в мое лицо, а мне и признаться стыдно. Ведь после того, как они уехали, я сначала плакала. А потом полночи бессонницей мучалась. И за это тоже грызут муки совести. Ведь подобное явно на пользу ребенку не идет.
— Все в порядке, — отмахиваюсь.
Игнат сегодня выглядит, как огурчик. Костюм с иголочки. Рубашка разве что расстегнута слишком. Но таков уж наш начальник. Я привыкла к его выходкам, порой нарушающим строгую жизнь офиса. А у остальных здесь слишком высокие зарплаты, чтобы жаловаться. Поэтому выходка девушек, если честно, меня удивила. Наверное, сейчас они локти кусают, потеряв такое прибыльное место. Но надо было думать головой.
Слух о вчерашнем инциденте прокатился волной. Не скажу, что это добавило мне звездочек в рейтинге. Боюсь мой рейтинг среди местного населения уже давно пробил дно. Особенно в последние денечки, когда наконец стал заметен округлый живот.
И даже те, кто еще не знал или не догадывался. Даже самые далекие от местных сплетен. Теперь сделали выводы. Конечно неправильные.
Игната все это забавляет. Ему, похоже, нравится поддерживать вокруг себя орел будущего отца. А меня начинает раздражать. Хоть я и стараюсь не реагировать. И вообще абстрагироваться от творящейся вокруг вакханалию. Чего только вчерашний поступок Марата стоит?! Чувствую скоро придется пить валерьянку.
С другой стороны неважно, что тут обо мне говорят. Главное сколько платят. Да и Игната я уже не смогу бросить вот так. Просто уволиться. Он стал мне если не другом, то человеком, которого не хочется подводить. Тем более объем работ у меня заметно увеличился в связи с увольнением девушек, устроивших ту стрелку в туалете.
— Сегодня новая сотрудница придет. Покажешь, что и как. Будете пока вместе работать.
Игнат держится отстраненно. Но от меня не ускользает как напрягаются мышцы на его груди. Бугрятся под тонкой тканью рубашки. И желваки начинают ходить ходуном. Неужели того продолжения, о котором он говорил ночью по телефоне, не последовала? Неужели его бросили не соло нахлебавшись?
Мысль об этом веселит. Не все же мне одной тут страдать. Будем теперь грести в одной лодке. Игнат и я, тех кого бросили.
— Почему я? — все же спрашиваю.
— Считай это жестом доброй воли. И, если честно, я боюсь, что ты мне скоро своими выходками весь коллектив распугаешь.
— Поэтому няньку мне подсовываешь еще одну.
— Нянька из Сони такая же, как из тебя балерина! Просто компаньонку. Тем более вы обе на голову больные. Просто идеальная парочка.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Са Мари