7 апреля (25 марта по старому стилю) 1911 года петербургская газета «Новое время» опубликовала заметку под названием «Бюллетень о состоянии здоровья министра иностранных дел гофмейстера Сазонова»:
«Температура 23 марта вечером 37,4. Ночь провел относительно спокойно. Температура 24 марта утром 37,9. Пульс 98, правильный. Деятельность сердца удовлетворительная. Число дыханий 28. Воспалительные явления в легком без перемен. Температура в 3 ч. дня 39,3».
Как мы видим, никакого понятия врачебной тайны тогда, судя по всему, не существовало. Впрочем, может быть, обычные люди и могли рассчитывать на то, что данные о их здоровье не станут известны окружающим, но здоровье министра иностранных дел, видимо, было делом государственным. Представляете, если бы сегодня, например, глава МИД РФ Сергей Лавров приболел, а все новостные агентства, сайты и газеты принялись бы писать о том, какой у него пульс и температура?
Сергей Дмитриевич Сазонов, о котором идет речь в заметке газеты «Новое время», был не только министром иностранных дел (эту должность он занимал с 1910 по 1916 годы), но и гофмейстером, то есть управляющим монаршим двором. Кстати, именно Сазонову в 1914 году германский посол Фридрих фон Пурталес вручил ноту об объявлении войны. Так Россия оказалась втянута в Первую мировую. Сам Сазонов вспоминал, что немцу этот шаг дался нелегко:
«После вручения ноты посол, которому, видимо, стоило большого усилия исполнить возложенное на него поручение, потерял всякое самообладание и, прислонившись к окну, заплакал, подняв руки и повторяя: "Кто мог-бы предвидеть, что мне придётся покинуть Петроград при таких условиях!"»
Кстати, странно, что немецкий посол назвал Петербург Петроградом. Ведь ноту об объявлении войны он вручил 19 июля (1 августа) 1914 года, а город переименовали в Петроград позже, 18 (31) августа 1914-го. Кстати, переименовали как раз из-за начала войны, чтобы убрать из названия российской столицы немецкое «бург». Впрочем, Сазонов писал свои воспоминания уже позже, и мог воспроизвести цитату немца не точно, по привычке употребив название Петроград.
Но в 1911 году, когда Сазонов заболел и о его здоровье писали газеты, до Первой мировой было еще далеко. А сам Сазонов тогда имел все шансы лишиться поста министра иностранных дел, ведь состояние его здоровья не позволяло ему работать. Глава МИД хотел даже уйти в отставку, но император Николай II не стал освобождать его от должности.
Сам Сазонов позже вспоминал о том периоде так:
«В конце зимы я тяжело заболел и был вынужден уехать в Давос, где провёл шесть месяцев, передав моему товарищу, А. А. Нератову, правление министерством. Сознавая, что я на долгое время лишён возможности заниматься делами, я обратился к Государю с просьбой об увольнении меня от должности министра. Государь отказался принять мою отставку и в выражениях, в которых сквозила его редкая душевная доброта, велел передать мне, чтобы я заботился только о своём здоровье, а делами министерства будет заниматься он сам с Нератовым вплоть до моего выздоровления».
Так что на время болезни Сазонова делами управлял дипломат Анатолий Анатольевич Нератов, который в нынешней терминологии был заместителем главы МИД. Сазонов оправился от болезни лишь осенью 1911 года, то есть проболел около полугода. Нам не удалось найти информации, какая именно хворь с ним приключилась (значит, хоть минимальная врачебная тайна все же была).
Известно, что от болезни министр полностью поправился и управлял иностранными делами Российской империи до середины 1916 года. С должности его сняли, потому что он выступал за то, чтобы Россия провозгласила независимости Польши. Также, как считается, императора не устроили либеральные взгляды Сазонова, его тяга к реформам и чрезмерное преклонение перед союзниками России по Антанте (Великобританией и Францией).
Но и после ухода из МИД он не попал в опалу и продолжал оставаться гофмейстером, а также был членом Государственного совета. В январе 1917 года Сазонова назначили послом России в Великобритании, но он даже не успел выехать в Лондон, так как случилась Февральская революция. За ней последовала Октябрьская, и Сазонов стал активным членом Белого движения, даже занимал должность министра иностранных дел Всероссийского правительства Александра Колчака и Антона Деникина.
Но после победы большевиков в Гражданской войне Сазонов смог выехать в эмиграцию и прожил еще несколько лет за границей. Он скончался в ночь с 23 на 24 декабря 1927 года в Ницце и был похоронен там же, на православном Русском кладбище Кокад. Ему было 67 лет.