Как благотворительность может помочь в борьбе с зависимостью от маркетплейсов
Введение
В данной статье рассматривается проблема зависимости от маркетплейсов и способы её преодоления через личные практики благотворительности. В последние годы наблюдается рост потребительского поведения, связанного с активным использованием маркетплейсов, что в свою очередь приводит к формированию зависимости у пользователей. Зависимость от этих платформ не ограничивается только экономическими факторами, но также затрагивает психологические и социальные аспекты, оказывая влияние на эмоциональное состояние и уровень счастья человека. Процесс покупки товаров через маркетплейсы вызывает выброс дофамина, что создаёт временное чувство удовлетворения, однако это положительное ощущение быстро исчезает, а потребители стремятся к новым покупкам в поисках вновь утраченного ощущения радости.[15]
Исследование фокусируется на дофаминовой зависимости, которая в значительной степени управляет поведением людей при покупках. Разобранный в статье механизм дофаминовой зависимости имеет прямое отношение к формированию зависимости от маркетплейсов, что вызывает необходимость искать альтернативные способы получения положительных эмоций. В данном контексте благотворительность представляется как эффективная альтернатива шоппингу, способная не только удовлетворить потребность в дофамине, но и принести куда большее удовлетворение за счет улучшения эмоционального состояния и социальной ответственности.
Благотворительные практики активируют аналогичные дофаминовые механизмы, позволяя человеку испытать чувство радости и удовлетворения от помощи другим, что значительно отличается от спонтанных покупок. В процессе жертвования вносятся положительные изменения как в жизнь дарителя, так и в жизнь тех, кто получает помощь. Важно отметить, что данный подход может служить одним из методов борьбы с негативными последствиями чрезмерного потребления и зависимости от шопинга, предлагая инновационные решения для изменения общественных установок к потреблению.[26]
В целом, данное исследование подчеркивает важность понимания психологических аспектов зависимости от маркетплейсов и рассматривает благотворительность как конструктивный путь к улучшению эмоционального состояния личности и её социальной интеграции.
Анализ синдрома зависимости
В последние годы зависимость от маркетплейсов стала актуальной проблемой, затрагивающей широкий круг пользователей различного возраста и социального статуса. Эта зависимость включает в себя не только психологические аспекты, но и физические, влияя на общее состояние здоровья человека. Основные причины, способствующие формированию зависимости от маркетплейсов, можно разделить на несколько категорий: психологические, социокультурные и экономические.
Психологические факторы играют ключевую роль в развитии данной зависимости. Во-первых, маркетплейсы используют продуманные алгоритмы, которые стимулируют пользователей совершать покупки. Тщательно подобранные рекламные стратегии и персонализированные предложения вызывают повышенное внимание и желание приобрести товары, что в конечном итоге приводит к привычке постоянно проверять приложения и уходить в шопинг-круговорот. Таким образом, формируется синдром зависимого поведения, когда человек становится зависимым от процесса покупки, а не от самого продукта.[3]
Социокультурные факторы также оказывают значительное влияние на формирование зависимости от маркетплейсов. В современном обществе существует явное стремление к потреблению и демонстрации статуса через приобретение товаров. Социальные сети способствуют подтвердить эту зависимость, так как пользователи делятся приобретённым, вызывая у других желание следовать их примеру. Это создает эффект «потребительского давления», когда индивидуум начинает чувствовать необходимость постоянно что-то приобретать, чтобы не отставать от своего окружения.
Экономические факторы еще больше усиливают эту динамику: часто онлайн-магазины предлагают заманчивые скидки и акции, что порой заставляет людей покупать вещи, в которых они даже не нуждаются. Непосильные финансовые нагрузки могут спровоцировать негативные последствия, такие как кредитное бремя, долги и разочарование по поводу чрезмерного потребления.
Последствия зависимости от маркетплейсов могут быть разрушительными и затрагивают как психическое, так и физическое здоровье. Люди, страдающие этой зависимостью, зачастую испытывают чувство стресса, тревожности и депрессии. Поскольку эмоции, связанные с покупками, быстро угасают, пользователи начинают делать всё новые закупки в поисках «дозы» дофамина. Физически это также может проявляться в нарушениях сна, неправильном питании и снижении уровня физической активности, так как покупатель часто предпочитает проводить время перед экраном устройства, нежели вести активную жизнь.[25]
Таким образом, анализ синдрома зависимости от маркетплейсов выявляет сложную взаимосвязь различных факторов, способствующих формированию и углублению этого явления. Обсуждение данной проблемы на текущий момент является крайне важным, так как оно не только освещает ключевые аспекты зависимости, но и подчеркивает необходимость поиска эффективных стратегий её преодоления.
Что такое дофаминовая зависимость?
Дофаминовая зависимость представляет собой специфический вид зависимости, связанный с избыточным выбросом нейромедиатора дофамина, который играет ключевую роль в системе вознаграждения мозга. Этот медиатор отвечает за чувство удовольствия и удовлетворения, а его уровень напрямую влияет на мотивацию и поведение человека. Дофаминовая зависимость возникает, когда человек начинает испытывать навязчивую потребность в определенных стимулах для достижения состояния эйфории или эмоционального комфорта, что в свою очередь приводит к повторению действий, вызывающих выброс дофамина.[16]
В контексте шопинга и зависимости от маркетплейсов дофаминовая зависимость становится особенно актуальной. Процесс покупки товаров, особенно с использованием онлайн-платформ, может вызывать сильный выброс дофамина, создавая ложное чувство удовлетворения. Маркетплейсы активно используют эту динамику, подготавливая специальные предложения и акции, которые привлекают внимание пользователей и вызывают у них желание совершать покупки. Каждый раз, когда покупатель получает новый товар, он ощущает краткосрочное удовольствие и удовлетворение, что, в свою очередь, подталкивает его к повторным покупкам в поисках «следующей дозы» дофамина — переменного статуса, самореализации через потребление или простого удовольствия от процесса покупки.[15]
Характерной чертой дофаминовой зависимости является не только стремление к потреблению, но и когнитивные и эмоциональные изменения. Люди, страдающие этой зависимостью, могут испытывать ощущение пустоты и раздражительности, если по какой-либо причине не могут совершить запланированную покупку. Это состояние становится порочным кругом: потребительское поведение находит подкрепление в краткосрочных наслоениях удовлетворения, но к нему также добавляются негативные эмоции, когда дофаминовые уровни снижаются.
Следует отметить, что дофаминовая зависимость не ограничивается только процессом покупок. Она охватывает широкий спектр зависимостей, включая употребление алкоголя, наркотиков и даже азартные игры. Однако именно в контексте шопинга и использования маркетплейсов она получила особое распространение, так как эти платформы предлагаются и доступны для широкой аудитории, а возрасте, пола и социального статуса.
Таким образом, дофаминовая зависимость представляет собой сложный феномен, глубоко укоренившийся в человеческой психологии и социальной структуре. Понимание механизмов этой зависимости, особенно в контексте покупок на маркетплейсах, имеет решающее значение для выработки стратегий по её преодолению и формирования более здорового отношения к потреблению. Эта проблема требует комплексного подхода, который учитывает как индивидуальные особенности людей, так и социальные условия, способствующие формированию зависимости.
Благотворительность как аналог маркетплейсов по выработке дофамина
Сравнение благотворительности и шопинга
Исследование взаимосвязи между процессами покупки и осуществления пожертвований открывает интересные перспективы в понимании человеческого поведения, а также в стремлении к эмоциональному удовлетворению. Оба этих процесса, несмотря на их различную природу, имеют много общего в плане воздействия на уровень дофамина и эмоциональное состояние индивидов. Когда человек делает покупку, он часто испытывает кратковременное счастье и удовлетворение. Это связано с выбросом дофамина, который отвечает за чувство радости и вознаграждения. Точно так же, когда человек совершает благотворительное пожертвование, он также может испытывать схожие эмоции, так как помогает другим и вносит свой вклад в общество.
Одной из ключевых характеристик, объединяющих шопинг и благотворительность, является новизна и импульсивность. Многие исследования показывают, что акты совершения покупок и пожертвований одинаково награждают мозг за быстрые и импульсивные действия. Это приводит к следующим последствиям: как чрезмерный шопинг, так и благотворительность могут стать своего рода «ударными дозами» дофамина, на которых люди могут «подсесть». Результаты аналогичных действий могут быть взаимозависимы, и они взаимно усиливают каждое из них.[2]
Благотворительность, в отличие от общемировой потребительской культуры, может считать более ценным источником удовлетворения. Изучая эмоциональные аспекты, можно отметить, что пожертвования способствуют развитию чувства сопричастности, коллективной ответственности и большего социального взаимодействия. Это может дать более устойчивые и длительные эмоциональные результаты, чем сиюминутные радости от покупок. Однако важно осознавать, что и к благотворительности также может развиться зависимость, а её эмоциональные эффекты могут быть не менее притягательны.[22]
Сравнивая оба процесса, можно увидеть, что и благотворительность, и шопинг служат важными механизмами в достижении эмоционального состояния, связанного с дофамином. Однако стоит отметить, что конечные цели и результаты каждого из них различны. В то время как шопинг часто ведет к накоплению материальных благ и удовлетворению личных нужд, благотворительность направлена на максимизацию общественного блага и решение социальных проблем. Таким образом, хотя оба процесса действительно служат источником временной радости, экономические и социальные последствия их отличаются.
Кроме того, важным аспектом является то, что осознание этих схожестей может стать ключом к тому, чтобы предложить альтернативные пути получения удовольствия и эмоционального удовлетворения. Создавая связь между потреблением и помощью другим, возможно более эффективно перераспределить фокус с индивидуального на коллективное, что может помочь в снижении зависимости от шопинга и укреплении социальных связей. Это понимание подчеркивает важность использования благотворительности как одного из инструментов в борьбе с чрезмерным потреблением и формированием более устойчивых эмоциональных состояний.
Роль нейромедиаторов
Нейромедиаторы играют центральную роль в регулировании эмоционального состояния человека и формировании его поведения, включая процессы покупки и благотворительности. Среди многих нейромедиаторов наиболее значимыми для понимания этих процессов являются дофамин и серотонин. Эти вещества влияют на чувство удовлетворения и счастья, и их баланс в организме значительно определяет наше поведение в сфере потребления.
Дофамин, как «молекула удовольствия», активно участвует в системе вознаграждения мозга. Когда человек совершает покупку, происходит выброс дофамина, что создает ощущения радости и удовлетворенности. Этот процесс играет ключевую роль в формировании привычек, так как положительные эмоции, связанные с покупками, ведут к повторению этого поведения. Исследования показывают, что люди могут испытывать сильное желание осуществить покупку не только для удовлетворения своих потребностей, но и для получения дофаминового «всплеска», что в свою очередь может привести к развитию зависимости от шопинга.[12]
Серотонин, с другой стороны, известен как «гормон счастья», и его уровень влияет на эмоциональное состояние, настроение и общее благополучие. Возрастает интерес к роли серотонина в благотворительности. Совершая пожертвование, люди не только помогают другим, но и улучшают своё собственное эмоциональное состояние. Это связано с повышением уровня серотонина, который, в свою очередь, способствует ощущению благополучия и удовлетворенности от своего вклада в улучшение жизни других. Таким образом, благотворительность может служить мощным средством для повышения уровня серотонина и, как следствие, улучшения психологического состояния дарителей.[8]
Интересно, что процессы, связанные с дофамином и серотонином, могут пересекаться в контексте шопинга и благотворительности. Например, и шопинг, и жертвование могут вызывать выброс дофамина, но с различными эмоциональными итогами. Главная разница заключается в том, что шопинг может приводить к временным удовольствиям, тогда как благотворительность часто приводит к более длительным чувствам удовлетворения и радости, поскольку она несет в себе социальную значимость. Это различие в эмоциональном результате и вызывает интерес к осмыслению практик, способствующих более здоровому отношению к потреблению.
Таким образом, нейромедиаторы, такие как дофамин и серотонин, играют важную роль в формировании и понимании поведения потребителей как в контексте процесса покупки, так и в процессе благотворительности. Их взаимодействие открывает новые горизонты в исследовании психологических механизмов, стоящих за зависимостями, эмоциональными состояниями и социальными практиками. Это понимание может помочь в разработке стратегий, направленных на снижение зависимого поведения и стимулирования более конструктивных форм удовлетворения потребностей.
Психологическая помощь через благотворительность
Участие в благотворительности может стать мощным инструментом для людей, страдающих от покупательской зависимости. Данная зависимость часто сопровождается множеством негативных последствий, включая финансовые трудности, эмоциональное истощение и снижение самооценки. В этом контексте благотворительность предлагает ряд психологических преимуществ, которые могут помочь пострадавшим адаптироваться и добиться большего эмоционального благополучия.
Во-первых, участие в благотворительной деятельности позволяет людям сосредоточиться на других, а не на личных потребностях. Это изменение фокуса внимания может стать важным шагом к избавлению от зависимости. Когда человек вкладывает свою энергию и ресурсы в помощь тем, кто находится в более уязвимом состоянии, он может стать менее восприимчивым к собственному желанию совершать необоснованные покупки. Психологический механизм, который в этом случае запускается, заключается в том, что человек начинает воспринимать благотворительность как форму самореализации и достижения более глубокого удовлетворения, чем просто покупки материальных вещей.[27]
Во-вторых, благотворительность способствует формированию социальных связей и повышению чувства принадлежности. Люди, принимающие участие в волонтерских проектах или осуществляющие пожертвования, имеют возможность взаимодействовать с другими, находящимися на одной волне, что в свою очередь способствует созданию поддерживающего сообщества. Это важно, так как изоляция часто усиливает симптомы покупательской зависимости. Социальная поддержка в виде дружеских связей и взаимопонимания может значительно улучшить эмоциональное состояние и помочь восстановить гармонию в жизни, заменяя ее на качественный формат взаимодействия.[18]
Также стоит упомянуть о том, что в процессе благотворительности активируются нейрохимические процессы, схожие с теми, которые происходят во время покупок. Однако здесь результат оказывается гораздо более положительным. Вместо кратковременного удовольствия от покупки, люди, участвующие в благотворительности, могут испытывать чувство глубокой удовлетворенности от понимания своей полезности и необходимости в обществе. Это может не только повысить их самооценку, но и сократить потребность в постоянном статусе или внешний атрибутах, которые нередко являются побудительными мотивами для шопоголизма.
В этом контексте благотворительность превращается в полезный инструмент для решения проблемы зависимостей. Применение благотворительности как тактики в терапевтических программах может помочь людям изменить свое поведение и восприятие себя. Начав видеть ценность в помощи другим, страдающие от покупательской зависимости могут изменить свои привычки и конструкции мысли, что приведет не только к уменьшению потребительского поведения, но и к более здоровому ментальному состоянию. Таким образом, благотворительность выступает не только как альтернатива шопингу, но и как универсальный подход к изменению жизни к лучшему, позволяющий людям восстановить баланс между собственным благополучием и социальной ответственностью.
Влияние на общественные установки
Благотворительность способна оказывать значительное влияние на общественные установки, что в свою очередь может стать важным фактором в борьбе с чрезмерным потреблением. В современных условиях, когда общество поощряет и подчеркивает значимость материального благосостояния, люди нередко оказываются под давлением социальных норм, диктующих необходимость постоянного потребления. Согласно текущим исследованиям, благотворительность может выступать в контексте формирования более устойчивых и осознанных подходов к потреблению.
Одним из мощных механизмов, с помощью которых благотворительность может уменьшить общественное давление на потребление, является смещение акцента на социальные ценности. Когда люди начинают активно участвовать в благотворительных инициативах, они начинают осознавать, что помощь другим и поддержка сообщества могут приносить гораздо большее удовлетворение, чем физические покупки. Это может изменить их восприятие успеха и счастья, что способствует снижению акцента на материальном достатке. Таким образом, новые общественные установки, основанные на ценностях благородства и взаимопомощи, начинают формироваться как альтернатива культуре потребления.[19]
Благотворительность может также способствовать появлению примеров «социального лидерства», когда успешные и влиятельные люди открыто заявляют о важности помощи другим. Это, в свою очередь, создает положительный эффект для окружающих, демонстрируя, что благотворительность — это не только моральная норма, но и стиль жизни. В таких случаях люди начинают менять свои привычки, некоторые из них могут даже отказаться от избыточных покупок, чтобы иметь возможность выделять средства на помощь нуждающимся. Это изменение в менталитете может стать катализатором для широкой культурной трансформации, способной сократить уровень потребления.[28]
Кроме того, с учетом того, что благотворительность часто укрепляет социальные связи и создает сообщества, это также способствует формированию новых привычек, направленных на осознанное потребление. Люди, принимающие участие в благотворительных акциях, зачастую начинают осознаннее относиться к своим расходам, уделяя внимание приоритетам и реальным потребностям. Это новое восприятие может помочь снизить негативное влияние рекламного давления и устойчивых социальных стереотипов о необходимости бесконечного потребления.
Таким образом, благотворительность не только отвечает на потребности социализации и построения общностей, но и способствует важному изменению в общественном сознании, которое может подорвать устоявшиеся привычки чрезмерного потребления. Эти изменения в установках могут стать основой для создания более устойчивого общества, где акцент будет сделан на ценности, связанные с взаимопомощью, взаимодействием и сознательным отношением к ресурсам. В конечном итоге влияние благотворительности на общественные установки может привести к значительной культурной перемене, способствующей более гармоничному сосуществованию людей и уменьшению экстравагантных форм потребления.
Борьба со сверхпотреблением
Вопрос борьбы с чрезмерным потреблением становится все более актуальным в современных обществах, где культурные и социальные ожидания зачастую способствуют ненужному накоплению и потреблению ресурсов. Одним из эффективных методов минимизации этого феномена является использование благотворительности как стратегии изменения поведения и мышления. В данной части мы рассмотрим несколько способов, которыми участие в благотворительности может помочь противостоять избыточному потреблению.
Первой стратегией является непрерывное вовлечение людей в активные благотворительные акции. Это может включать регулярное участие в волонтерских мероприятиях, сбор средств или товаров для нуждающихся, а также проведение информационных кампаний. Вовлекая людей в такие инициативы, возможно создать устойчивый и активный круг последователей, которые начинают осознавать ценность общечеловеческой помощи больше, чем личного накопления. Это может привести к изменениям в их потребительских привычках, когда акцент идет на осознанное использование ресурсов, а не на их бездумное накопление.[20]
Второй подход состоит в создании групп поддержки и сообществ, в которых люди могут делиться своим опытом и лучшими практиками в плане осознанного потребления и благотворительности. Подобные группы могут стать пространством для обсуждения и обмена информацией, что усилит мотивацию людей отказываться от ненужных покупок в пользу помощи другим. Это формирует не только социальные связи, но и чувства взаимной ответственности, побуждая каждого к более осознанному поведению.[2]
Третий способ заключается в запуске информационных кампаний о вреде сверхпотребления и преимуществах участия в благотворительности. Образовательные программы и мероприятия, направленные на повышение осведомленности о социальных и экологических последствиях чрезмерного потребления, могут помочь людям осознать необходимость изменений. Здесь благотворительность будет представлена как высшая форма потребления в плане использования ресурсов — когда человеку не нужно что-то иметь, чтобы быть счастливым, а достаточно помочь другим, чтобы ощутить радость и удовлетворение.
Четвертая стратегия включает в себя создание системы вознаграждений для тех, кто активно участвует в благотворительных инициативах и демонстрирует осознанное отношение к потреблению. Это может быть как финансовое, так и общественное поощрение, которое стало бы стимулом для продвижения здорового отношения к ресурсам и их использованию. Таким образом, через систему наград можно укрепить поведение, ориентированное на ограничения и отказ от избыточных приобретений.
И наконец, важным аспектом борьбы с чрезмерным потреблением является интеграция благотворительности в образ жизни. Это может включать в себя уделение времени не только покупкам, но и активной поддержке различных социальных инициатив. Превращение благотворительности в повседневную практику может помочь людям радикально пересмотреть свои приоритеты и изменить подход к жизни в целом, что в конечном итоге приведет к уменьшению излишних трат.
В заключение, благотворительность обходится как мощная стратегия на пути к борьбе с чрезмерным потреблением. Инструменты вовлечения, образования, поддержки и системы вознаграждений способны создать устойчивую культуру, в которой акцент смещается с потребления на помощь другим, что создает более гармоничное общество, стремление к которому становится залогом устойчивого развития.
Основные выводы исследования
В ходе данного исследования была проведена всесторонняя оценка роли благотворительности как метода борьбы с зависимостью от маркетплейсов и ее потенциала для оказания индивидуальной помощи людям, страдающим от охоты за потреблением. Выводы, сделанные в результате анализа, подчеркивают несколько ключевых аспектов, которые имеют отношение к обозначенной проблеме.
Во-первых, благотворительность может служить позитивной альтернативой шопингу, предлагая людям возможность удовлетворения их эмоциональных потребностей через помощь другим. В результате, люди, предпочитающие делать пожертвования вместо покупок, могут увеличить уровень своего счастья и удовлетворения без необходимости погружаться в замкнутый круг потребительского поведения. Это поведение, в свою очередь, способствует снижению зависимости от получаемого дофамина, который связался с процессом покупок. В этом контексте благотворительность становится не только средством социальной ответственности, но и инструментом для улучшения личного благополучия.[5]
Во-вторых, важно отметить, что вовлечение в благотворительность приводит к формированию более устойчивых социальных связей и взаимопомощи в сообществах. Люди, активно принимающие участие в социальных инициативах, обычно становятся менее подверженными социальному давлению, связанному с необходимостью потребления. Вместо того чтобы следовать общественным установкам, создающим давление на покупку ненужных товаров, они начинают осознанно относиться к своим финансам и ресурсам, формируя более здоровое окружение для себя и своих близких.[25]
Третьим важным выводом является необходимость дальнейшего образования и повышения осведомленности о преимуществах благотворительности. Информационные кампании и программы по обучению социальных навыков могут помочь людям понять, что благотворительность не только улучшает условия жизни других, но и обеспечивает индивидуальные выгоды в эмоциональном плане. Успех таких кампаний может значительно изменить восприятие общественностью потребление и благотворительность, позволяя каждому осознать их взаимосвязь.
Четвертым выводом исследования стало понимание важности создания сообществ и групп поддержки, которые будут способствовать расширению кругозора и предоставлению информации о социально значимых инициативах. Это поможет интегрировать благотворительность в повседневную жизнь людей и со временем может стать дополнительным ресурсом в борьбе с зависимостями.
В заключение, можно сказать, что благотворительность играет многогранную роль в борьбе с зависимостью от маркетплейсов, обеспечивая альтернативные пути получения эмоционального удовлетворения и позитивного стресса. Она не только способствует личному развитию и психологическому благополучию, но и создаёт культуру помощи другим и общественного взаимодействия. Таким образом, дальнейшие исследования и применения благотворительности как стратегии помощи будут иметь важное значение для формирования более осмысленного и сбалансированного потребительского поведения в современном обществе.
Список литературы
1. Кеня И.А.. Благотворительность в контексте социально-экономического развития России: правовые и региональные аспекты. DOI 10.7256/2306-420x.2013.3.789 // NB Исторические исследования. 01.03.2013 URL: http://nbpublish.com/library_read_article.php?id=789 (дата обращения: 04.04.2025).
2. Кеня И.А.. Благотворительность в России: традиции и современность. DOI 10.7256/2306-1618.2012.1.93 // NB Культуры и искусства. 01.01.2012 URL: http://nbpublish.com/library_read_article.php?id=93 (дата обращения: 04.04.2025).
3. Геворкян Д.С.. Благотворительность в контексте осмысления функций государства (по работам В. Ф. Дерюжинского). DOI 10.25136/2409-868x.2017.11.23749 // Genesis исторические исследования. 01.11.2017 URL: http://nbpublish.com/library_read_article.php?id=23749 (дата обращения: 04.04.2025).
4. Севиль Исмайлова. Благотворительность как социальный институт современного гражданского общества в Азербайджане. DOI 10.51582/interconf.19-20.02.2024.026 // InterConf. 20.02.2024 URL: https://archive.interconf.center/index.php/2709-4685/article/view/5463 (дата обращения: 04.04.2025).
5. Карагодина О.А.. Милосердие и благотворительность как концепты национальной идеи в России. DOI 10.7256/1999-2793.2016.6.18355 // Философия и культура. 01.06.2016 URL: http://nbpublish.com/library_read_article.php?id=-37645 (дата обращения: 04.04.2025).
6. Иван А. Семёнов. ИННОВАЦИОННЫЕ ФОРМЫ КАРИТАТИВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (в печати). DOI 10.18799/26584956/2021/4(43)/1124 // Векторы благополучия. 30.12.2021 URL: https://jwt.su/journal/article/view/1124 (дата обращения: 04.04.2025).
7. Нил Флигстайн. Государства, Рынки и Экономический Рост. DOI 10.17323/1726-3247-2007-2-41-60 // Journal of Economic Sociology. 01.01.2007 URL: http://ecsoc.hse.ru/data/2011/12/08/1208204936/ecsoc_t8_n2.pdf#page=41 (дата обращения: 04.04.2025).
8. Татьяна Нокелаенен. Картирование навигационных условий арктических рек России. DOI 10.14451/1.213.41 // Экономические науки. 31.08.2022 URL: https://ecsn.ru/files/pdf/202208/202208_41.pdf (дата обращения: 04.04.2025).
9. Бруно Латур. Собирая социальное. Введение в теорию акторной сети. DOI 10.17323/1726-3247-2013-2-73-87 // Journal of Economic Sociology. 01.01.2013 URL: http://ecsoc.hse.ru/data/2013/04/05/1294839705/ecsoc_t14_n2.pdf#page=73 (дата обращения: 04.04.2025).
10. Гэри Гериффи. Международная экономика и экономическое развитие. DOI 10.17323/1726-3247-2004-5-35-62 // Journal of Economic Sociology. 01.01.2004 URL: http://ecsoc.hse.ru/data/2011/12/08/1208204956/ecsoc_t5_n5.pdf#page=35 (дата обращения: 04.04.2025).
11. Карабанова О.А., Молчанов С.В.. Риски негативного влияния информационных продуктов на психическое развитие и поведение детей и подростков. DOI 10.11621/npj.2018.0304 // National Psychological Journal. 01.01.2018 URL: http://npsyj.ru/en/articles/detail.php?article=7717 (дата обращения: 04.04.2025).
12. Елена В. Морозова, Н.В. Плотичкина, К. Попова. Государство как агент цифровой социализации. DOI 10.17072/2218-1067-2019-2-5-16 // Вестник Пермского университета Политология. 01.01.2019 URL: http://press.psu.ru/index.php/polit/article/view/2367/1731 (дата обращения: 04.04.2025).
13. Сергей В. Молчанов, Ольга В. Алмазова, Н.Н. Поскребышева, А.А. Запуниди. Личностная автономия как фактор развития ответственности в подростковом возрасте. DOI 10.11621/npj.2017.0110 // National Psychological Journal. 01.01.2017 URL: http://npsyj.ru/en/articles/detail.php?article=6849 (дата обращения: 04.04.2025).
14. Татьяна Федоровна Кузнецова. Цифровизация и цифровая культура. DOI 10.17805/ggz.2019.2.7 // Горизонты гуманитарного знания. 20.08.2019 URL: http://journals.mosgu.ru/ggz/article/view/1007 (дата обращения: 04.04.2025).
15. Замина Минетуллаева, Самира Акимова, Самира Акимова. ФАКТОРЫ ПРИНЯТИЯ ПОТРЕБИТЕЛЬСКОГО РЕШЕНИЯ В УСЛОВИЯХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ИЗМЕНЕНИЙ. DOI 10.36962/pahtei38032024-237 // PAHTEI-Procedings of Azerbaijan High Technical Educational Institutions. 24.03.2024 URL: https://zenodo.org/records/10864813 (дата обращения: 04.04.2025).
16. Станислав Заиченко. Инновации в сервисном секторе. DOI 10.17323/1995-459x.2007.1.30.33 // Foresight-Russia. 30.03.2007 URL: http://foresight-journal.hse.ru/2007-1-1/26555993.html (дата обращения: 04.04.2025).
17. Бруно Латур. Пересборка социального. Введение в теорию акторов-сетей (переведено Ириной Полонской). DOI 10.17323/1726-3247-2013-2-73-87 // Journal of Economic Sociology. 01.01.2013 URL: http://ecsoc.hse.ru/data/2013/04/05/1294839705/ecsoc_t14_n2.pdf#page=73 (дата обращения: 04.04.2025).
18. Уэйн Е. Бейкер, Роберт Фолкнер, Г. Фишер. Опасности рынка: Непрерывность и распад межорганизационных рыночных отношений. DOI 10.17323/1726-3247-2006-4-43-64 // Journal of Economic Sociology. 01.01.2006 URL: http://ecsoc.hse.ru/data/2011/12/08/1208204933/ecsoc_t7_n4.pdf#page=43 (дата обращения: 04.04.2025).
19. Регина Романова. Что политического в потреблении?. DOI 10.17323/1726-3247-2018-1-170-189 // Journal of Economic Sociology. 01.01.2018 URL: https://ecsoc.hse.ru/data/2018/01/31/1163702540/ecsoc_t19_n1.pdf#page=168 (дата обращения: 04.04.2025).
20. Ольга А. Башева, Полина Ермолаева. Цифровизация деятельности российских волонтеров в чрезвычайных ситуациях: влияние пандемии или самостоятельный тренд развития?. DOI 10.14515/monitoring.2020.6.1746 // Monitoring obŝestvennogo mneniâ: èkonomičeskie i socialʹnye peremeny. 30.12.2020 URL: https://www.monitoringjournal.ru/index.php/monitoring/article/view/1746 (дата обращения: 04.04.2025).
21. Пауль Димаджио, Уолтер У. Пауэлл. Железная клетка вновь посещена: Институциональный изоморфизм и коллективная рациональность в организационных полях (переведено Г. Юдиным). DOI 10.17323/1726-3247-2010-1-34-56 // Journal of Economic Sociology. 01.01.2010 URL: http://ecsoc.hse.ru/data/2011/12/08/1208204985/ecsoc_t11_n1.pdf#page=34 (дата обращения: 04.04.2025).
22. Николай Кондратов. Развитие транспортной инфраструктуры в арктической зоне России. DOI 10.17323/1726-3247-2003-3-159-167 // Journal of Economic Sociology. 01.01.2003 URL: http://ecsoc.hse.ru/data/2011/12/08/1208204949/ecsoc_t4_n3.pdf#page=159 (дата обращения: 04.04.2025).
23. Вадим Радаев. Экономическая социология: Учебник для высших учебных заведений. DOI 10.17323/1726-3247-2005-3-107-115 // Journal of Economic Sociology. 01.01.2005 URL: http://ecsoc.hse.ru/data/2011/12/08/1208204931/ecsoc_t6_n3.pdf#page=107 (дата обращения: 04.04.2025).
24. Лариса Шпаковская. Моральный проект детства: материнство, материальная жизнь и ранняя потребительская культура детей. DOI 10.25285/2078-1938-2022-14-2-125-128 // Laboratorium Russian Review of Social Research. 01.01.2022 URL: https://www.soclabo.org/index.php/laboratorium/article/view/1279 (дата обращения: 04.04.2025).
25. Мария Александровна Евневич, Динара Владимировна Ябурова. Влияние социальной рекламы на поведение человека в зависимости от содержания сообщения. DOI 10.18334/rp.16.22.2083 // Russian Journal of Entrepreneurship. 30.11.2015 URL: http://bgscience.ru/lib/34672/ (дата обращения: 04.04.2025).
26. Брайан Уцци. Источники и последствия встроенности для экономической эффективности организаций: Сетевой эффект. DOI 10.17323/1726-3247-2007-3-44-60 // Journal of Economic Sociology. 01.01.2007 URL: http://ecsoc.hse.ru/data/2011/12/08/1208204937/ecsoc_t8_n3.pdf#page=44 (дата обращения: 04.04.2025).
27. Иэн Майлс. Инновации в услугах в двадцать первом веке. DOI 10.17323/1995-459x.2011.2.4.15 // Foresight-Russia. 30.06.2011 URL: http://foresight-journal.hse.ru/2011-5-2/33089955.html (дата обращения: 04.04.2025).
28. Олег Леонидович Чернозуб. Двухкомпонентная модель факторов поведения: нужны ли имплицитные факторы теории запланированного поведения?. DOI 10.14515/monitoring.2022.3.2125 // Monitoring obŝestvennogo mneniâ: èkonomičeskie i socialʹnye peremeny. 07.07.2022 URL: https://www.monitoringjournal.ru/index.php/monitoring/article/view/2125 (дата обращения: 04.04.2025).
29. А. Б. Есимова, З. Х. Валитова. Социологическое исследование потребительского поведения: российский опыт. DOI 10.48081/kgpq3560 // Bulletin of Toraighyrov University Humanities series. 30.12.2021 URL: https://vestnik-humanitar.tou.edu.kz/storage/articles/ede0864b552280e9a91c93ed8a22b396/%D0%95%D1%81%D0%B8%D0%BC%D0%BE%D0%B2%D0%B0_%D0%90._%D0%91.,_%D0%92%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%BE%D0%B2%D0%B0_%D0%97._%D0%A5..pdf (дата обращения: 04.04.2025).