(навеян реальными событиями)
Ночь тихонько входит в дом, как кошка на мягких лапках, стараясь не разбудить спящего человека. Он заснул, сидя за столом, положив голову на сильные, натруженные руки.
Целый день человек работал. Сеял хлеб, прокладывал дорогу к дому и к Храму, чинил крышу. Немало иных дел у него еще было, обо всех не упомнишь, не расскажешь.
В доме чисто, пахнет свежеиспеченным хлебом, в очаге искрится зола от сгоревших дров, наполнивших дом теплом и покоем. Хозяйка, умаявшаяся за день, отдыхает, разметав пушистые волосы по вышитой васильками наволочке. Мирно посапывая, спят дети. Им видятся сны о далеких краях, сказочных кораблях и о рыбалке, на которую обещал повести их завтра отец.
Человек ужинал после дня трудов и забот. Перед ним стоит миска с вареной, уже остывшей картошкой, добрый кус сала, огурцы, зеленого лука пучок, домашнего хлеба полкаравая, кринка молока и стакан водки. Стакан наполовину пуст: не нашлось сил допить до дна.
Это добрый, сильный, хороший человек. Работящий, рачительный хозяин, добрый сосед. Не сидит сложа руки, не лущит семечки с бабами на завалинке, не сходится с мужиками в разухабистой драке. Он не юн и не стар. Уже серебрятся виски, но сохранила силушку длань и могуча стать.
Однако есть у него место слабое. Беззаботно доверчив, забывает двери и окна на ночь запирать, дом и семью от нечисти охранять. Полагает, что все, как он, открыты, дружелюбны и честны. Людей недобрых за друзей почитает, воров и плутов, как добрых соседей, привечает.
Снится ему широкое поле. Тяжелые колосья наливаются спелостью и теплым духом будущего хлеба. Красивые, счастливые люди трудятся во всех уголках необъятной нивы. Умные машины им помогают, облегчают их нелегкое занятие. Здоровые дети в школу идут, спортом занимаются, в веселые игры играют.
Радостен сон. Улыбается во сне человек. Только добром и созиданием наполнены его видения. Только с дружеским приветом готов он, проснувшись, выйти к людям и миру.
Чу...! Зашуршало что-то в углу. Серенькое существо юркнуло к столу. И вот уже бегает перед спящим хозяином, среди блюд с кушаньями, проворная мышка. Схватила хлебные крошки, понюхала остывшую картошку, потопталась на сале и огурцах. Затем села среди скромного пиршества, будто задумалась, обстановку оценивая. Осторожно подошла к хозяину, по руке забралась на плечо, понюхала пахнущую пόтом шею. Махнула презрительно хвостиком.
Закопошился в углу серый ком, запищал едва слышно. Осмелевшие товарки отважной разведчицы бегут к столу, взбираются по ногам спящего хозяина на лавку, оттуда на стол. Мышиная стая лакомится яствами, в небрежении оставленными человеком. Насытившись, предаются утехам. Как дети на снежную горку, карабкаются на руки и плечи хозяина, облепили его голову.
Зашевелился человек, голову приподнял. В страхе, с мерзким писком разбегаются во все стороны серые существа. Всё затихло. Хозяин макушку почесал, что-то пробормотал, счастливо улыбнулся и опять заснул.
Снова пошло шевеление повсюду. Разбежались незваные гости по углам. Забрались в торбу с пшеном, в мешок с сахаром. Грызут мелкими зубками всё, что попадается, над хозяином насмехаются, оставляют в припасах черные катышки.
Опять затихли, затаились. Но не хозяина испугались. Спит он сном безмятежным, беды не ведает. Заявились гости более важные. Крысы неторопливо, как высокие чиновники, прогуливаются по помещению. Принюхиваются, на мышек шикают, к человеку присматриваются.
Осмелели, освоились. Занялись припасами. Дыры в мешках понаделали, всё трудом добытое по полу разбросали, порассыпали. Вот уже к кринке с молоком принюхиваются, примериваются. Не достать молока в узком горлышке.
Навалились дружно, к краю стола придвинули, да оттуда вниз и скинули. Разлетелись с громким стуком черепки глиняные, разлилось молоко по полу дощатому, хозяйкой чисто вымытому. Разбежались наглецы, прислушиваются. Но не слышит хозяин, не просыпается.
Лужу молочную облепили, чужим продуктом лакомятся. Тут опять тревога сделалась. Это слез с печи старый жирный кот Василий. Удивленно оглядел гостей собравшихся. Присел в сторонке, умылся задумчиво. Крысы напротив выстроились, к обороне приготовились. Но друг друга не трогают. Разумным почел Василий с сильными ворами не связываться. Однако же и шанс такой упустить не мог, присоединился к пиршеству.
Неспешным шагом подошел кот к морю молочному. Отодвинулись почтительно гости в сторонку, с уважением на Василия взирают. Тот почувствовал себя в доме хозяином. Человека, мол, не уважают, а передо мной покорно расступилися... Лакает кот молоко с достоинством, будто честно заслуженное. Тут и крысы от робости очухались. Видят, что нет у стража недобрых к ним намерений.
Подошла одна к молоку, возобновила трапезу. Фыркнул было Василий с неудовольствием, ус грозно приподнял, да вовремя одумался. Много их, один не справится. И хозяина будить не стал. Ведь утомился тот за день, намаялся.
Притворился Василий задумчивым, делами великими занятым, проказы мелких воришек не замечающим. Лакал молоко неторопливо, однако вкуса не чувствовал, довольства не испытывал. Понимал ушлый кот, что отвечать что-то придется хозяину. Так и трапезничали рядышком Василий-стражник да крысы-разбойники.
Потянулись к молоку разлитому да пшену и сахару рассыпанному гости разнокалиберные. Тараканы усатые, пауки с мохнатыми лапами да мухи пузатые... Всем нашлось лакомство в доме разграбленном. Всяк тащил добро чужое, трудом собственным не нажитое. От той грязи и от сырости затянулись стены дома плесенью синею за зеленою. Смрадом удушливым от тех узоров повеяло.
Заворочалась хозяйка беспокойно от дыхания тяжелого из-за воздуха спертого. Дети закашлялись, в тревожном сне заметались, да стенать начали. Услышали те стенания гости незваные, прознали, что в доме есть слабые да беззащитные. Человечинку попробовать захотелося...
Проникали они в мирные спальни, человеческим дыханием наполненные. Тараканы и пауки по стенам разбежались, крысы в постели детские забирались. Закричал от боли и испуга малыш годовалый, укусила его гадина за нежную шейку, молоком пахнущую. От сна очнувшись, всполошилась хозяйка, к ребенку бросилась. Ужасом наполнилось сердце материнское, когда при свете свечи открылся ее глазам погром, в доме произведенный.
Заметалась женщина, с руками голыми на нечисть бросилась, детей защищала и дом свой поруганный. Разбегались твари с писком, рыком да воплями. Огрызались, укусить да поранить всё пытались.
Тут хозяин проснулся. Разбудили его крики и вопли, да плач детский. Осознать пытается, что случилось в мирном доме, пока спал он после ужина. И его ль это дом? сомневается...
Говорить да толковать тут больше нечего. Бестолковый не поймет, а толковому и без объяснений всё ясно. Берегите свой дом от воров да мошенников! Не позволяйте крысам алчным да всякой прочей твари в вашем доме хозяйничать! Не давайте в обиду малых да слабых, хворых да беззащитных! Ведь это ваш дом, ваша страна! ЭТО НАШ ДОМ, НАША СТРАНА: РОССИЯ!