Время, нетипичное для прогулок парня, заставило небо окраситься в тёмно-синий, а стрелки часов показать шесть часов вечера. В городе уже зажглись огни, гирлянды и разноцветные лампочки. Улицы пропитались праздничной атмосферой за неделю до праздника.
Александр проходил мимо светофоров, людей. Взгляд, казалось, заменил самую яркую звезду собою: он думал о том, как будет счастлив взять за руку любимого человека.
Все эти чёрные силуэты в куртках, цвет которых даже не пытался определить, казались лишь тенями. Желание зацепиться лишь за один силует росло с невообразимой скоростью. И невольно, при мысли об этом, он начинал улыбаться, чувствовать запах чужих духов. Дети весело скатываются с ледяной горки, играют с холодным снегом. И яркая, пахнущая древесиной ёлка стояла в самом центре берёзовой аллеи, раскинув свои ветви. Так и хотелось утешить её, приняв колючие объятия, однако, сердце уже занято. Сочувствия другим горестям в нём не было, всё место полно.
Александр встал возле этого дерева и послушно отдалась ожиданию. В голове крутились мысли. Придёт ли она? Та, кто так неправильно, так крепко забрала сердце.
Темнело с каждой минутой всё сильнее, и холод сковывал пальцы ног. Дети уже разбрелись по своим домам — пить горячий чай, заботливо заваренный их мамами.
Он уже и не помнил, с чего началось всё. Стоял лишь яркий, тёплый сентябрь. Внимание привлекла такая же яркая оранжевая шевелюра, шумное поведение одной из девочек. Кто знал, что этот образ будет попадаться каждую перемену в столь небольшой школе. Общение перешло в любовь настолько сильную, что, едва заметив взгляд хулиганки, Саша краснел. Друзья, семья. Ничего не было нужно, когда рядом улыбается настолько любимый человек, что сердце способно чувствовать, в каком настроении и где находится девушка. Много раз это чувство было спасением в сложные времена для обоих.
Александр улыбнулся. Он вспомнил прогулки, красивый блеск блик-звёзд в карих глазах возлюбленной. И её образ на фоне заката. Страх за её здоровье, вечные указы непокорной беспризорнице. И вот, сердце той, казалось, откликнулось. Назначив прогулку, девушка опаздывала. Но почему-то Саша не думал о тени обмана.
Ожидание становилось невыносимым, на душе скребли кошки. Парень прошёлся вокруг пушистой ёлки, свернул на тропинку. Снег захрустел под ногами. Вскоре показался чужой подъезд. Он встал в нерешительности у домофона. Замёрзшие пальцы набрали номер квартиры. Гудки. Тишина. Второй раз, третий, седьмой... Сердце бросило в холод, горечь подкралась к горлу. Развернувшись, он прошёл ещё два круга туда и обратно.
Проезжали машины, редко проходили парочки, держась за руки. Саша для них теперь лишь тень. Силуэты эти же — единственная зацепка, чтобы не сойти с ума.
Резко внутри него будто всё оборвалось. Никто не придёт. Саша не чувствовал ничего. Ни радости, ни боли, но, стоило перейти порог квартиры, как тело отяжелело, скатилось вниз. Потухнувши, он замёрз в холоде, безразличии и собственных мыслях.
Пальцы печатали быстро, стараясь успеть за воспоминаниями. Стоял холодный, золотой октябрь, за окно давно потемнело, но город не наполнялся огнями. Третий... Второй год... Уже сбился со счёта, когда сердце полюбило настолько сильно, что охладело ко всему, кроме природы. На столе стоит ещё полгода назад засохшая сирень, подоконник забит цветами без имён. Так много духов, ароматов осени окружает его. Но забыть тот флёр духов ничто не даёт, сохраняя в каждом миллиметре дорог этого города Её улыбку.