Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Массаракш Наизнанку

Неподконтрольный КГБ ИОН.

И вот, обещанное. История из советской... эм... истории. Итак, вы обычный студент-первокурсник только что поступивший в какой-нибудь гуманитарный институт. В 1965 году в СССР. Как вы представляете себе обычную студенческую жизнь в подобном заведении? Наверняка что-то вроде престарелых преподавателей, в немного поношенных пиджаках, затирающие поникшим студентам про диалектику материализма и коммунистические свершения в исторической перспективе социальной напряжённости. Ничего не понятно, но надо изучать. Всё строго по методичкам, скучные лекции, серая студенческие занятия. Вне учёбы — общежития, профсоюзные взносы, стройотряды, ярые активисты и старосты, следящие за моральным обликом одногруппников. Каждый педагог проверяется обязательным куратором из КГБ, который незримо витает где-то неподалёку. Внешний вид и одежда как студентов, так и лекторов строго регламентирована — короткие стрижки, никаких ярких пятен в одежде. Если удаётся, то можно получить что-то запрещённое через самых либе
Обычные советские студенты
Обычные советские студенты

И вот, обещанное. История из советской... эм... истории. Итак, вы обычный студент-первокурсник только что поступивший в какой-нибудь гуманитарный институт. В 1965 году в СССР. Как вы представляете себе обычную студенческую жизнь в подобном заведении? Наверняка что-то вроде престарелых преподавателей, в немного поношенных пиджаках, затирающие поникшим студентам про диалектику материализма и коммунистические свершения в исторической перспективе социальной напряжённости. Ничего не понятно, но надо изучать. Всё строго по методичкам, скучные лекции, серая студенческие занятия. Вне учёбы — общежития, профсоюзные взносы, стройотряды, ярые активисты и старосты, следящие за моральным обликом одногруппников. Каждый педагог проверяется обязательным куратором из КГБ, который незримо витает где-то неподалёку. Внешний вид и одежда как студентов, так и лекторов строго регламентирована — короткие стрижки, никаких ярких пятен в одежде. Если удаётся, то можно получить что-то запрещённое через самых либеральных друзей. Джинсы или аудиозаписи, какие-нибудь редкие книги. Острые обсуждения на коллоквиумах быстро сворачиваются. Ну, в общем, всё то, что обычно нам рисовали в фильмах и книгах. А теперь, внезапный поворот. В Москве было одно учреждение где...

И вот оно... точнее один из филиалов.
И вот оно... точнее один из филиалов.

Работал особый режимный магазин, где можно было купить модную одежду, специально привезённую с Запада — филиал кремлёвской секции ГУМ. В преподаватели набирали в основном молодых и наиболее способных, и на учёбе им строго запрещалось носить чёрные пиджаки. Рекомендовали отпускать бороды и длинные волосы. По возможности надевать джинсы и свободные яркие рубашки (а как вы думаете, для чего был открыт магазин?). Никаких проверок со стороны КГБ. Вас могли взять в этот институт, даже если госбезопасность имела основания сомневаться в вашей благонадёжности. Всё, что от вас требовалось — быть, как сказали бы сейчас, креативным и способным преподавателем. Лёгким в общении и умело доносящим свои мысли. Ну и да, как вы понимаете, заведение это было не простым, а вполне себе даже очень закрытым. Кого там обучали? Разведчиков? Элитных сотрудников Политбюро? Достаточно близко, но не совсем.

Фото Рыженко в интернете не так и много. Лучшее, что смог найти.
Фото Рыженко в интернете не так и много. Лучшее, что смог найти.

Итак, Институт Общественных Наук при ЦК КПСС он же ИОН. Это заведение подчинялось напрямую Международному отделу Комитету Партии и по большому счёту класть хотел на КГБ (поскольку лично Андропов всеми силами поддерживал ИОН) и прочие Министерства образования (ибо кто они такие?). Основан в 1962 году и первым его ректором должен был стать Суслов, но тот отказался. И эту должность занял Фёдор Данилович Рыженко. До этого он был заведующим кафедрой, а потом и ректором МГИМО. Личное дело будущего ректора в КГБ включавшее доносы, по слухам, было настолько объёмным, что его приходилось возить на тележке. Преподавание в ИОН велось исключительно на иностранных языках. Тем лекторам, кто не «шпрехал по инглишу», выделялся специальный переводчик. Так кого там обучали?

Может быть, кого-то вроде этих девушек.
Может быть, кого-то вроде этих девушек.

Представьте себя молодым и пробивным лидером какой-нибудь подпольной компартии в США где-нибудь в конце 1950-х. Вот на вас вышли коммунисты из самой Москвы и предложили обучиться тому, как правильно делать всем хорошо. Прилетаете, как вы думаете, в обетованный рай на Земле, и... Обнаруживаете себя в институте, где все эти суконные пиджаки и постные лица, скучно вещают о единении партии и народа. Какое у вас останется впечатление о Советском Союзе? Вот именно об этом, и подумали в ЦК КПСС, когда запустили ИОН. Тем более что в эти годы в Южной Америке всё больше появлялось коммунистических организаций, которые равнялись на харизматичную Гавану, а не на скучную Москву. Да и остальные европейские компартии всё дальше отходили от СССР, предпочитая идти своим путём. И обычно этот путь, как наиболее молодёжно ориентированный, пролегал в области «Секс-Драгс-энд-Рокн-Ролл», в противоположность строгому коммунизму Мао Цзэдуна с казармами и кителями, застёгнутыми на все пуговицы.

Короче, не все хотели походить на них.
Короче, не все хотели походить на них.

Это был наследник Ленинской школы Коминтерна, которую закрыли в 1938 году. Институт исключительно для «наших зарубежных товарищей» из Европы, Африки, Азии и обеих Америк. В нём всё было выполнено для того, чтобы прибыв в Мекку, эти люди видели то, что хотели увидеть — весёлые и жизнерадостные коммунисты в модной и привычной для будущих студентов одежде, готовые сразу же бросится в бой против бюрократии, капитализма и скучных чиновников. А потом они предлагают присоединиться к ним, чтобы распространить всё это благообразие на остальной мир. На занятиях поднимаются острые и актуальные темы, никаких методичек, свобода мнений и рассуждений. Споры, пикировки, разнообразие подходов. Полное отсутствие запретов и регламентов. Аспирантам института предписывалась максимальная открытость — в одежде, внешности, высказываниях. Чтобы те иностранные студенты, которые с ними общались, видели, что ничто человеческое этим людям не чуждо. Именно так готовили кадры для коммунистических движений стран, всё ещё не ставших социалистическими. Типа — как именно и что делать, чтобы солнце Коммунизма наконец-то взошло и над их страной, погрязшей в капитализме и бюрократии. В качестве бонуса, в этом же институте изучали проблемы, с которыми сталкивается партия в той или иной стране.

А может и эти ребята там проходили обучение. Ну, точнее их начальники.
А может и эти ребята там проходили обучение. Ну, точнее их начальники.

Естественно, СССР работало не за просто так. За каждым студентом был особый надзор. Преподавателей и аспирантов зачастую одаривали отдельной квартирой и выдавали деньги на представительские расходы среди студентов. Ну и плюс гарантировали полную свободу, ведь их корочка действовала даже лучше, чем удостоверение офицера КГБ. Зато и спрашивали с них не меньше. Например, в их обязанности входило общение со студентами, обсуждения животрепещущих вопросов, удовлетворение каких-то повседневных нужд. В особо «интересных» случаях такого учащегося могли даже отправить вместе с аспирантом на несколько недель в какой-нибудь санаторий для отдыха и более внимательного изучения. Ну а вдруг этот самый Расул, в будущем станет лидером компартии Ирана. А мы о нём уже всё знаем. Кстати, студенты тоже получали особые «корочки», которыми можно было «отмазаться» от любого милиционера. В случае если какой-нибудь выходец из мусульманской страны, достаточно восприимчивый к алкоголю, устраивал бучу от своего горячего нрава, всё что от него надо было — показать её максимально доступному милицейскому чину и требовать звонка по телефону. Вскоре появлялся представитель КГБ и забирал буяна, вместе с рапортами и бумагами.

А это Андропов, который курировал этот институт со стороны КГБ.
А это Андропов, который курировал этот институт со стороны КГБ.

Кстати, о Госбезопасности. Так вот, судя по всему, они были подчинено этому институту. Исключительно с разрешения ЦК КПСС безопасники выполняли обслуживающую деятельность. Собирали информацию, анализировали её, выдавали рекомендации. Ну и обеспечивали безопасность сотрудников и студентов. Именно КГБисты первыми встречали будущих учеников в Шереметьево и везли их на машинах со спецномерами для собеседования и медицинского обследования. КГБ также вели некоторые курсы, например, по конспирации и тактики подпольной работы организации. Позднее туда же вошла и диверсионное дело, в том числе и стрелковая тренировка. Ну да, одними политическими дискурсами в этом институте учёба не ограничивалась. Но вот вербовка членами КГБ студентов не допускалась. Международный отдел свято отстаивал своё право на геополитику. Ведь если вдруг такая связь с госбезопасностью откроется, на судьбе вероятного коммунистического лидера можно было смело ставить крест.

Юрий Андреевич Красин — последний ректор этого института.
Юрий Андреевич Красин — последний ректор этого института.

Институт просуществовал до 1991 года, сменив трёх ректоров. Когда стало понятно, что коммунистическая геополитика уже никому не нужна, его прикрыли, раздав площади и здания различным ведомствам. Большая часть информации, всё ещё остаётся в секрете. В общем, вот ушло ещё одно необычное порождение социализма, банальное в своём строении. Такой своеобразный показушный рай не для всех, за фронтоном которого скрывалась система контроля и обработки проходящих через него. Ну и всё это было сделано, естественно, во имя великой цели. Но как говорится, кто знает, сколько ещё подобных учреждений существует в мире, даже сейчас.

----

Тут обязательная просьба поставить лайк и подписаться. Собираюсь писать еще о многом интересном.

А еще у меня есть телеграм-канал: Массаракш Наизнанку . Там подобные статьи появляются раньше, но без подробностей. А еще там бывают всякие новости.