Сейчас расскажу историю, которая многих может шокировать. Кто-то меня осудит, но это только моя правда.
В моей семье никогда не было любви отца к детям. Он просто не обращал на нас с братом внимания. Мать, как могла, из последних сил тащила нас. Сколько бы она не просила у мужа о помощи, так и не могла ничего дождаться.
Папенька пил, жил в свое удовольствие. Он мог ни с того, ни с сего накричать на мать, на нас. Если честно, то в детстве мы его сильно боялись. А когда руку на мать поднимет, так вообще, забивались в угол и дрожали от страха. Вот такое счастливое детство.
Я много раз просила маму уйти от него, но она, по неизвестным мне причинам, этого не делала. Мы, слава Богу, выросли, а она так и осталась с ним. Но и уже в довольно солидном возрасте мужчина, которого я ненавидела всем сердцем, не успокоился.
Мама то и дело звонила, жаловалась, а ему все ни по чем. Я уже и жить ее к себе звала, но она не хотела уходить из дома. Я знала, что он точно от нее никуда не денется. Так и жили.
Когда у родителей появились внуки, то все мы даже немного опешили, видя, как отец водится с малышами. Он ходил с ними гулять, возил на коляске, покупал какие-то вещи. Но, как только внуки немного подросли, он стал с ними обращаться так же, как и со своими детьми. Фу, как же это было неприятно и противно, смотреть, как дед в чем-то упрекает внука.
Сейчас это все давно уже в прошлом, недавно мамы не стало, отец остался один. Он звонит и говорит, что ему нужна помощь, а я тут причем. Говорю ему, что у него есть деньги, пусть наймет себе сиделку. Так он начал рассказывать ему, что у него есть дети, которые должны в старости стакан воды подать. А ты мне что-то сделал, когда я была маленькой, чтобы я тебе сейчас отплатила той же монетой?
Стало плохо, сразу же вспомнил про детей. Я не считаю, что должна помогать в чем-то этому человеку. Пусть он мне родной отец, но в жизни я его только боялась и ненавидела.
Мы с братом уже тоже взрослые, у нас есть дети, которые живут своими семьями. И мы приняли такое решение, что дохаживать за нашим родителем будет государство. Я ничего не стала от него скрывать, приехала и сказала, что он едет в дом престарелых. Он плакал, говорил, что так не может быть при живых детях и других родственниках. А я вспомнила, как плакала мама, когда он над ней издевался, и мне нисколько его не жалко. Нужно было думать, когда жил так, как хотелось, а теперь, пусть пожинает плоды.