Что мы знаем о юности своих бабушек? Обидно мало. Или ничего. Подружка два года как похоронила сестру своей бабушки. Бабу Дуню. И только на поминках узнала историю ее жизни. Ее единственной любви.
Каждое школьное лето Оля проводила несколько недель у бабули. Дед давно умер, жила баба Антонина (на местном диалекте – «Антунина»), со своей сестрой Авдотьей – она всех внуков помогала растить, мужа и детей у нее не было. Лет, наверное, с пятидесяти все дети в родне звали ее баба Дуня.
Характера Дуня была легкого – энергичная, добрая, хохотушка каких поискать. Все умела делать, обшивала всю околицу. На жизнь зарабатывала шитьем, летом в лесничестве подрабатывала, грибы – ягоды еще сдавала.
Хозяйство вела непринужденно, с шутками да прибаутками, малышня ее обожала.
Бочки с солеными черными груздями Оля всю жизнь вспоминает: никогда больше этих грибов в таких количествах не видела. Ну и козочек, которых ей доверяли пасти.
Взрослые внуки бабушек не забывали – навещали по возможности. И последний год, приезжая в деревню, Оля заставала Авдотью на крылечке: она подолгу смотрела на дорогу. На вопрос «Кого ждешь!» только головой качала.
Умерла Баба Дуня в 84 года, и только на похоронах внучка услышала историю ее любви.
Юная Авдотья славилась на всю округу добрым нравом, голосом и красотой. И случилась у нее любовь с парнем с соседней улицы.
Тарас ходил за ней как привязанный, насмотреться не мог, ручки целовал, говорил, что любит и жизни без нее не видит. Мечтал о своем доме, о детишках:
– Ладные дети у нас будут, Дуняша, ты ведь самая красивая на всем белом свете.
Сердце девичье таяло, душа пела. Все ребята завидовали Тарасу. А девушка на других даже не смотрела: и наряды, и песни – только для него.
И вот как-то прибежал соседский мальчишка в дом Авдотьи:
– Тарас просил передать – завтра его поведут свататься.
С утра вся семья находилась в радостных хлопотах. Убирались, новые коврики разослали, готовили, стол накрывали… Дуняша в новой кофточке, причесав волосы и украсив их лучшим гребнем, сидела возле окна. Глаза ее сияли.
«Едут! Сваты едут!» – закричали на улице дети. Затрепетало сердечко у Авдотьи. В окно видит: идут люди с гармошкой, перевязанные полотенцами, а среди них Тарас, голова вниз, глаз не подымает.
В доме засуетились все, побежали к воротам. Дуня зарумянилась, а потом побелела и потеряла сознание.
Сваты зашли в соседний двор.
За Тараса выбор сделал отец. Препираться было бессмысленно. По настоянию старших родственников молодая пара уехала в другую деревню.
Долго плакала Авдотья. Безутешно. Но сколько таких судеб!
Поохали, пожалели, погоревали, да и против воли отдали ее замуж за Петра из соседней деревни. Всю свадьбу невеста плакала. Парень вроде неплохой, да и семья уважаемая. Но не хотела Авдотья за него, не могла Тараса своего забыть. И не думала это делать.
После свадьбы повез Петро молодую к себе в дом. Ехал на повозке и радовался: дождался. Давно он мечтал о красавице, только Тарас на дороге стоял. А тут так повезло! Вслед за молодыми везли сундук с приданым да еще теленок на привязи шел.
Приехали. Молодую жену в дом отвели. Пока сундук снимали, в суете и не заметили, как Авдотья вышла со двора. Спохватились, стали звать, искать – не нашли. Она сквозь ночь по лесу домой сбежала.
На колени перед матерью бросилась:
– Что хотите со мной делайте, замуж я не пойду. Лучше утоплюсь.
Пожалели чадо мать с отцом. Правда, семья жениха так и не вернула приданое – потребовали платы за позор.
Авдотья до однодневного своего замужества певуньей знатной была, а после ни разу на посиделки не пришла.
Дома засела, готовила, шила и ткала. Сватов к ней не раз и не два еще присылали. Всем отказала, все Тараса забыть не могла.
Так и прожила жизнь однолюбкой.
Любовь свою нерастраченную дарила людям. Племянников помогала растить, потом внуков сестры. Односельчане ее приглашали, когда ребенок плакал – на воду пошептать. Грыжу могла заговорить. Где научилась, никто не знал, но слава далеко о ней шла. Приглашали, когда нужно было что по хозяйству помочь. Картошку копать, поминки готовить. На свадьбах петь. Никому не отказывала. Любили ее люди, ласково называли нашей Дуняшей.
На старости остались они с сестрой вдвоем.
Умерла Авдотья легко, во сне. Хоронили всем селом. А вскоре вернулся в деревню постаревший Тарас.
Сидел на крылечке того самого дома, где раньше Дуняша поглядывала на дорогу, и плакал и клялся Антунине, что всю жизнь любил только ее сестру.
Год назад схоронил жену, и, вот, выждав траур, пришел за Авдотьей. Думал: хотя бы последние дни провели бы вместе. Но не дал Бог.
Через год, приехав на поминальную субботу, возле могилки бабы Дуни внуки увидели могилу Тараса. Оказалось, дети похоронили отца рядом с Авдотьей – согласно его завещанию.
Хочется верить, что души их встретились.
P. S. Ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал