Глава 1 Миша
Кругом раздавались крики, ржание лошадей, выстрелы, кто— то падал, потом вставал, опять падал, нарушилась безукоризненная стройность войскового каре
— Миша, Миша,— вставай,— Миша открыл глаза и в туманной дымке замаячило перед ним лицо Никиты
— Никита,— шевеля одними замерзшими губами, произнес он
— Что? Что ты говоришь?
— Не кричи так громко
— Что? Я не понимаю,— продолжал кричать Никита, утирая слезы грязной ладонью, что оставляло серые разводы на его лице
Потом Никита дернулся и упал, придавив собой Мишу
От этого ему стало совсем невозможно дышать и он опять потерял сознание
Сколько они так пролежали? Есть ли ответ? Наверно не очень долго, а может и долго, время никто не наблюдал…….
— Мишенька, Миша,— по площади бежала матушка, шуба на ней была растегнута, шапку она где— то потеряла, платок упал на плечи, подол платья был весь грязный и мокрый, она поскальзывалась, падала и опять бежала, всматриваясь в лица, встречающихся ей людей
За ней еле поспевал Мишин Отец— боевой офицер, прошедший не через одно сражение
— Они несколько раз прошли мимо Миши, накрытого сверху телом крупного Никиты, пока матушка не обратила внимание на откинутую в сторону руку юноши, на мизинце чуть блистало золотом тоненькое Церковное колечко, которое она сама ему подарила
— Боже Праведный,— прошептала,— Ваня, смотри, они здесь
Отец наклонился и приподнял Никиту, тот застонал, лицо его было такого же цвета, как и грязный снег под ногами— бледное и землистое
Потом увидели сына: он лежал широко раскинув руки и ноги
Отец аккуратно взял на руки крупного Никиту и понес его через всю площадь к своей карете, к нему подбежала Никитина Мать, тоже в распахнутой шубе и с грязно— мокрым подолом платья, платок она потеряла где— то по пути и длинные волосы трепал в разные стороны шквальный ветер
Отца у Никиты не было — привезли в телеге после Бородина
Мишина мама сняла шубу и, по возможности, замотала в нее сына, сама оставаясь в одном платье
Вернулся Отец, аккуратно поднял Мишу, прижав его голову к своей груди, как— будто он был маленьким ребенком
Мама собрала фуражки Миши и Никиты, их оружие, подняла, было, свою шубу, которая, напитавшись влаги, была невообразимо тяжелой и очень грязной,
без сожаления, бросила ее
и медленно пошла в след за мужем и Сыном через всю площадь
Пронзительный ветер сбивал с ног, но она не ощущала холода, все чувства и эмоции исчезли, перед глазами маячила только широкая спина Ивана Петровича, из— за которой были видны безвольно висящие Мишины ноги, обутые в грязные форменные сапоги
А кругом была суета: кто— то выкрикивал имя родного человека, кто— то просто плакал
В тот день на площади было убито: 1 тыс. 271 человек, в их числе 9 женщин и 19 детей, из числа наблюдавших
Данный материал является интеллектуальной собственностью автора. Копирование и прочее использование на разных ресурсах запрещены
следующая часть:
предыдущая часть:
пролог— эпиграф: