Кутя, от появления которой трезвели гости и замирали поклонники, которую упоминал на сцене великий артист и которая имела одну странную привычку...
К собакам у Юрия Никулина всегда было, как говорится, особое отношение. Ну кто, к примеру, на войне будет думать о бобиках? А Никулин думал. Он так скучал по своей любимице, английскому той-терьеру Мальке, что просил родных присылать на фронт её фотографии. Потом были другие псы - очень разные: такса, спаниель, ризеншнауцеры (один из ризенов даже охраняет покой Юрия Владимировича на Новодевичьем кладбище)...
Но про одну из никулинских собак хочется рассказать отдельно.
9 мая 1980 года к сыну Никулина на улице прибился перепуганный фокстерьер. Максим до самого вечера пытался найти хозяина, но безуспешно - никто в шумной, ликующей, празднующей 35-летие Победы толпе ничего не знал о потеряшке. Бросить трясущуюся собачонку юноша не смог - взял с собой в такси и поехал домой. Будет родителям сюрприз.
Около подъезда Максим старался не шуметь - время за полночь. Тихонько закрыл дверь машины, шикнул на фокса и стал расплачиваться с водителем...
- Откуда собака? - строго вопросили сверху.
Максим поднял голову. На никулинском балконе стоял, собственно, сам Юрий Никулин. "Сюрприз" не удался.
В тот вечер в квартире Никулиных было оживлённо - Юрий Владимирович принимал гостей. К появлению Максима кто-то уже разошёлся по домам, кто-то уснул. И лишь сосед по лестничной площадке, доктор философии Фролов, оживлённо спорил с артистом цирка Альперовым о природе смеха и о том, правы ли на этот счёт релятивисты.
Как вы понимаете, для обсуждения релятивизма нужно сначала дойти до определённой "кондиции". Фролов и Альперов справились с этим настолько успешно, что в ход пошли самые увесистые аргументы - вроде "Не будем о релятивистах! Это отсталые, дикие люди!".
Правда, при появлении Максима с собакой спор как-то резко затих. Доктор Фролов странно посмотрел на фокса, встал и ушёл к себе.
На следующее утро уважаемый философ позвонил Юрию Никулину и извиняющимся тоном объяснил своё неожиданное исчезновение:
"Юра, милый, мы вчера так хорошо выпили, что в какой-то момент мне показалось, что по дому уже собачка бегает. Я понял, что допился не до белочки, но до собачки и надо срочно идти домой".
А собачка оказалась девочкой и получила кличку Кутя - сокращённое от слова "кутерьма". Максим для проформы пообещал родителям, что продолжит искать хозяев. Но, естественно, никто никого искать в итоге не стал, и следующие 13 лет Кутя провела в семье Никулиных.
Характер у Кути был, как говорят знатоки породы, "типично фокстерьерский" - активный, игривый и шкодный. Едва появившись на собачьей площадке, она принималась наводить суматоху, и через некоторое время обязательно начиналась драка. Причём сама Кутя в ней не участвовала - свою задачу она видела только в том, чтобы организовать заварушку.
Хотя фокстерьер - охотничья порода, Кутя временами демонстрировала задатки охранника. Её невероятно раздражало, если из никулинской квартиры кто-то что-то пытался вынести. Неважно, что именно. Распространялось это и на людей, которые приходили к Юрию Владимировичу за автографом. Стоило счастливому поклоннику, прижимающему к груди подписанную книгу или фотографию, двинуться к выходу - Кутя тут же с грозным лаем вставала между ним и дверью. Нечего добро из дома растаскивать!
А однажды Кутя даже стала героиней пьесы.
Юрий Никулин близко дружил с Ростиславом Пляттом. И когда эти двое встречались, дело просто не могло обойтись без шуток и розыгрышей. Однажды Ростислав Янович достал для Никулиных билеты на спектакль "Дальше - тишина". Он всегда шёл с аншлагом, попасть в зал было очень сложно, даже если ты родственник народного артиста. А тут - такая радость, билеты на всю семью!
Перед спектаклем Плятт спросил Никулина: "Кого из твоих вставить в пьесу?".
"Вставь Марию Петровну, тёщу", - не задумываясь, ответил тот.
И вот - разгар драматического монолога. Ростислав Янович - по сюжету состоятельный американский старик - подходит к окну и, не меняя интонации, говорит:
"Противный дождик все еще идет. А бедная Мария Петровна выгуливает собачку Кутю".
А затем продолжает говорить по тексту пьесы.
Плятт ввернул фразу про Марию Петровну и Кутю настолько искусно и органично, что зал не заметил подвоха. И только никулинская тёща буквально подпрыгнула в кресле.
"Юра, Таня, что он сказал? Это что, про меня? И про нашу Кутю?" - тормошила она дочь и зятя. А супруги Никулины молча тряслись от смеха.
Говорят, Юрий Владимирович полушутя, полусерьёзно называл Кутю "пришельцем" - за её необычную привычку. Она запрыгивала к артисту на колени, подносила морду к его уху и начинала урчать - как будто пыталась сказать что-то на инопланетном языке.
Вот так маленький фоксик умудрился наследить в советской культуре и жизни народного артиста Никулина 😊