Первые известные документы изданные Октябрьским охотобществом относятся, кажется, к 1951 году. Но твёрдо сказать, когда было “начало”, трудно.
В 1951 году Ромка Агапитов уже жил в городе. Учился в школе. Но в какие ни то каникулы помногу времени проводил на родине – в деревне. В соседнем Шаранском районе, у дядьки.
Ромкин дядя Иван Петрович Сафонов работал лесником ну и охотничал помаленьку, конечно. Одностволка была. Только вот с боеприпасами беда. Нет, гильзы латунные многоразовые. Вместо пороха, спичечных головок наскоблить можно. На пыжи валенки изрезать. Дроби сковородкой накатать, а если свинца не окажется, то и из гвоздей нарубить… Капсюль-воспламенитель?! “Центробой”?! И на коленке не сделаешь, и днём с огнём не сыщешь.
Но “послал где-то Господь” несколько штук:
— Айда, Ромка, патроны будем заряжать. На охоту пойдём.
И началось священнодействие. Наскоблили спичек, — дядя Ваня покачал на ладони кучку, как бы взвешивая:
— Хватит? Нет? — всё по чину. Пыжи. Дробь. Сверху еще газеткой и растопленным воском, чтобы не высыпалось.
Четыре патрона снарядили.
Долго ли, коротко ли, но увидели зайца. Сначала, подкрадывались согнувшись — сгорбившись, потом присели на корточки и эдак “пошли”, гусиным шагом. Где-то дядя Иван оглянулся и страшно вращая глазами, беззвучно прошептал:
— Стой здесь, — а сам “пошёл” дальше. Потом приложился и выстрелил…
В этот день началась Ромкина охотничья тропа или уже продолжилась?..
Лет через десяток, в 1963 году, Роман в день очередной зарплаты зашёл в Октябрьское охотобщество, — охотбилет оформил. Оттуда в магазин “Спорттовары”, — предъявив охотбилет, купил одностволку и пачку патронов. На следующий день, в выходной добыл на старице в пойме Ика двух уток…
Но это уже точно было не начало и, разумеется, не конец.
В 1967 году Роман держа за руку шестилетнего племянника Генку Агапитова пришёл в охотобщество за “наградой”. За активную борьбу с хищными птицами ему два кило дефицитной в те годы дроби выдали.
И началось дома священнодействие. Отмеряли порох, отвешивали дробь, латунные гильзы, вместо воска стеариновой свечой заливали…
Что это было для Генки?.. Начало пути?.. Как знать, но в 1982 он уже работал егерем.
В 1989 году этот самый “Генка” с шестилетним сыном Дениской варили кашу в котелке над костром на берегу Дымки…
Подъезжали ненадолго и дедушки: Роман и Геннадий Макаровичи Агапитовы. Покушать.
...А всю ночь были лютый холод и непрерывный дождь. В палатке под спиной лужа ледяной воды, а на груди беспокойно спящий шестилетний “охотник-рыболов”.
Утром несколько километров пешком до ближайшей автобусной остановки малыш трагически сопел, но не жаловался. Молча шёл.
Такая уж она, — охотничье-рыболовная “тропа”.
А в 2017 году шестилетний “Генкин” внук Раделька, стоя на берегу Муллинского карьера и касаясь пальцами потрёпанной дедовской двустволки или в свете фар отцовской машины, увязая в рыхлом снегу и поминутно падая, подбегает в выходящему из ночного леса деду, вдруг спрашивает, старательно выговаривая букву “Р”:
— Деда. А когда я вырасту, из твоего ружья можно стр-рельну?
— Выстрелишь, конечно выстрелишь, малыш. И из моего, и из папиного, Бог даст и из своего…
У этой “дороги” где-то было начало, но не может быть конца.