Найти в Дзене
Марина Струкова

Крепость-нелепость

Некий писатель-патриот предлагает превратить Россию в крепость, где народ щёлкает клыками на все четыре стороны света. Тогда как другие европейские страны стремятся к большей открытости, ведут дружеский диалог, поддерживают друг друга и это не делает их слабыми.
Жить в крепости лучше всего, утверждает писатель. Мои предки казаки на Засечной черте как раз если не строили, то охраняли крепости за жалованье, переселившись с Дона. Такими крепостями были, в частности, Воронеж и Тамбов. Крепости были опорными пунктами для защиты территории от кочевников. Но жить в крепостях казаки не стали, а когда им дали наделы за службу, основали хутора в чистом поле. Потому что жизнь в крепостях – мера вынужденная, и она не может быть постоянной. Человеку, который любит волю, претят такие загоны.
Возможно, для любви к загонам, ограничениям, рамкам нужен какой-то другой национальный менталитет, другая психология? Но уж точно не казачьи, если только вы не примазались к казакам. И у русских я тоже не набл

Некий писатель-патриот предлагает превратить Россию в крепость, где народ щёлкает клыками на все четыре стороны света. Тогда как другие европейские страны стремятся к большей открытости, ведут дружеский диалог, поддерживают друг друга и это не делает их слабыми.
Жить в крепости лучше всего, утверждает писатель.

Мои предки казаки на Засечной черте как раз если не строили, то охраняли крепости за жалованье, переселившись с Дона. Такими крепостями были, в частности, Воронеж и Тамбов. Крепости были опорными пунктами для защиты территории от кочевников. Но жить в крепостях казаки не стали, а когда им дали наделы за службу, основали хутора в чистом поле. Потому что жизнь в крепостях – мера вынужденная, и она не может быть постоянной. Человеку, который любит волю, претят такие загоны.

Возможно, для любви к загонам, ограничениям, рамкам нужен какой-то другой национальный менталитет, другая психология? Но уж точно не казачьи, если только вы не примазались к казакам. И у русских я тоже не наблюдаю тяги к крепостному бытию, когда их не запугивают всемирными заговорами.

Как пример: Япония в прошлом была страной-крепостью, закрывшейся от иностранного влияния, но чем это кончилось? Её прошлое уходило с трудом, в огне восстаний, но теперь это демократическая страна. И её национальный колорит и её религия – не предлог отгородиться от остальных.

Тот же писатель отмечает, что в стране-крепости главными людьми станут "воин, рабочий, человек науки, священник, поэт".
Но в крепости так не бывает, поскольку «крепостные жители» находятся под каблуком военной администрации, и всё вертится вокруг её благополучия. Такова иерархия.

Я не пацифист, который считает каждый конфликт трагедией. Государство должно быть сильным. Но адекватным. Видеть угрозы всегда и всюду – это не состояние мужественной уверенности в себе, а нечто противоположное.

Русь – страна крепостей, гардарика, говорит писатель, он это определение нашёл в интернете. Но гардарика это страна городов, а не крепостей. Хотя города выполняли функцию крепости в экстремальных условиях.

В городах находилась часть населения и князь с дружиной. А также купеческие лавки, ремесленные мастерские. И только в случае набега кочевников те, кто жил поблизости, прятались за высокими стенами, да и то не все. И не все дружинники находились в крепости, вспомним про богатырские заставы в чистом поле.

Не надо навязывать России философию вечно осаждённой крепости.
#психология