Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Дом или самая красивая дорога мира?

… После четырёхдневной «вулканической» экспедиции, палаточной жизни и переездов в вахтовке сижу в уютном кресле столовой гостевого дома, выстроенного на садо-огородном массиве в Елизово. Есть свет, вай-фай, кофе из кофе-машины… И тишина.
Все разбрелись: кто в город уехал, кто в кроватке в номере отдыхает. Под рукой невинный, но соблазнительный пульт, передо мной – телевизионный экран. Очень соблазнительный элемент комфортного релакса. Не удержавшись, нажимаю несколько кнопок пульта, экран оживает, на нём проявляется угловатое юношеское лицо Димы из города Харькова. Минуту ещё назад заикавшийся, словно отбойный молоток юноша, вдруг чётко декламирует, глядя мне в глаза: Я! МОГУ! ГОВОРИТЬ!
«Зеркало», - фильм Андрея Тарковского. Я попал на канал «Культура», они устроили праздник поклонникам Маргариты Тереховой к её юбилею. Ну, и всё. Я пропал. На сто шесть минут и 18 секунд…
Удивительное попадание образа режиссёра: образа Матери, жены – любимых женщин Андрея Арсеньевича в образы одной а

… После четырёхдневной «вулканической» экспедиции, палаточной жизни и переездов в вахтовке сижу в уютном кресле столовой гостевого дома, выстроенного на садо-огородном массиве в Елизово. Есть свет, вай-фай, кофе из кофе-машины… И тишина.

Все разбрелись: кто в город уехал, кто в кроватке в номере отдыхает. Под рукой невинный, но соблазнительный пульт, передо мной – телевизионный экран. Очень соблазнительный элемент комфортного релакса. Не удержавшись, нажимаю несколько кнопок пульта, экран оживает, на нём проявляется угловатое юношеское лицо Димы из города Харькова. Минуту ещё назад заикавшийся, словно отбойный молоток юноша, вдруг чётко декламирует, глядя мне в глаза: Я! МОГУ! ГОВОРИТЬ!

«Зеркало», - фильм Андрея Тарковского. Я попал на канал «Культура», они устроили праздник поклонникам Маргариты Тереховой к её юбилею. Ну, и всё. Я пропал. На сто шесть минут и 18 секунд…

Удивительное попадание образа режиссёра: образа Матери, жены – любимых женщин Андрея Арсеньевича в образы одной актрисы. Я всегда не могу наглядеться на эти моменты женственности на экране, очень личные и до глубины вселенские. Гений Маргариты Борисовны, открывшийся с экрана, гений режиссёра, поймавший эту открытость…

Но сейчас меня поймала тема Дома, дома, который видит герой фильма во сне. И сон о Доме, который дарит герою ощущение всеобъемлющего счастья. Пробежали мурашки: два дня назад в палатке я видел во сне дом моего детства: деревянный, заброшенный, он ждал меня, ждал ухода и заботы. Тогда, проснувшись, я смаковал все детали этого сна и был счастлив, как и герой, рассказывающий голосом Смоктуновского с экрана о переживаниях и откровениях… Магические совпадения – они преследуют меня последнее время. Сны про детство дОроги, мне кажется тем, что помогают вновь и глубже вглядеться в мир, острее вслушаться в уже знакомую, уже ставшую тобой, когда-то проглоченную реальность.

Возвращение в места былых путешествий для меня как сон, как новая возможность погрузиться в промотанную когда-то в суете красоту, расслышать новые грани проболтанной когда-то тишины, замереть, познавая гармонию каждого места. Of course, каждый раз, и повторяя, погружаешься в новую суету, болтовню, в новый цейтнот. Но – возвращаюсь опять и опять, как этим сентябрём – на Алтай.

-2

Первые зарисовки – Чуйский тракт, самая красивая дорога в мире. Десятое место? По версии National Geografic? Ничего не знаю, ПЕРВОЕ. Уж в сентябре-то точно!

Эти фото – из окна УАЗика, нерезкие, смазанные, но передающие то самое ощущение: Движение Самой Красивой Дороги Мира…

-3