В прокат выходит новый фильм Адильхана Ержанова — одного из самых известных в России казахстанских режиссеров, неутомимого труженика и любимца кинофестивалей (премьера «Голиафа» состоялась в Венеции, а потом фильм открывал сочинский «Новый сезон»). Алексей Филиппов рассказывает, чем похожи «Голиаф» и «Левиафан», как драма о беззаконии оборачивается истерном — и как перестать бояться того, что больше и могущественнее тебя.
Голиаф — фигура видная. Исполин-филистимлянин вызывал трепет одним своим видом. Однако финал его известен. Меткий выстрел из пращи Давида, нокаут и усекновение головы. С тех пор аналогии с непропорциональными оппонентами можно встретить повсеместно — особенно любят приплетать их в спорте. Где еще с такой частотой встречаются фаворит и андердог, аутсайдер, тот, на кого бы никто не поставил? И тут в уравнении появляется Арзу. Несгибаемый — в силу проблем со здоровьем, наделенный правом мести — хотя и всячески отрицает такое желание. Однако маховик судьбы запущен: все ему намекают, что смерть Пошаева — дело нужное. И Аллах простит, и полиция глаза закроет. Как бы его ни унижали, как бы ни выставляли тотальным одиночкой, контуженный вдовец будто напитывается надеждами односельчан. Даже выцветшей соседки Тани (Александра Ревенко), которая сливается с обстановкой похлеще самого Арзу. Похожим образом в остроумнейшем комиксе Тома Голда выяснялось, что Голиаф — просто детина из лагеря филистимлян, обычный писарь великанского роста, которого решили превратить в символ армейской ярости для устрашения неприятеля. Так он и пал — жертвой габаритов и информационной войны.
Версия Ержанова более жизнеподобная, а в последней трети — боевая. Настоящий истерн, как «Свой среди чужих, чужой среди своих», где фатум настигал красноармейцев, истлевающих в новом мире, который они и приближали с шашками наголо. Арзу ни к чему не стремится и ни во что уже, кажется, не верит, хотя вокруг постоянно звучат молитвы, а весь Каратас посещает намаз с Пошаевым во главе. Степь одна, а интересы у каждого свои. И местный Давид, в соответствии с цитатами Макиавелли, которые возникают в начале и конце фильма, вершит не столько правосудие, сколько очищает родной край от скверны. И никто, парадоксальным образом, не уходит обиженным. Каждый за что боролся — на то и напоролся. «Голиаф» в прокате с 29 сентября.