Покаяние

Наверное, один из самых сильных фильмов, которые я смотрела в своей жизни - картина Тенгиза Абуладзе "Покаяние". После которого я испытала настоящий шок.

Фильм поразил меня не ужасами репрессий, о которых мы к тому времени знали мало (а я, школьница, практически ничего не знала).

Я вдруг поняла, что страна, в которой я живу, самая прекрасная, с дружбой народов и прочими пионерско-комсомольскими радостями, населена палачами и их жертвами. И потомками палачей и их жертв.

Каждое поколение в истории этой страны разделяло народ на палачей и жертв.

Одни умирали без покаяния, вторые погибали без отмщения.

Отец моей подруги рос в детдоме. Его отец, дед подруги, был репрессирован.

Уже в почтенном возрасте отец подружки получил бумагу о реабилитации своего отца за отсутствием состава преступления.

• Ты представляешь, перед папой даже не извинились, хотя сломали ему всю жизнь, - сказала мне подруга

Представляю. У нас никогда ни перед кем не извинялись. Никто и никогда.

Отец другой подруги работал в КГБ в союзной республике. В 90-е они бежали из ставшей независимой страны под улюлюканье местных. Она навсегда запомнила этот животный ужас от ненависти в свой адрес. Хотя была подростком.

• За что они так с нами? - спросила она
• Твой отец хоть перед кем-то извинился? - ответила я вопросом на вопрос.
• Да ты что, он старый коммунист. И потом, а что ему было делать - на Андропова покушаться? Для него это была просто работа. Да и что он такого натворил, он же не в 37 году служил, в 80-е. Тогда все нормально было.

Она даже не делает вид, что отец ничего не понимал.

• Дураки в органах не работали, - говорит она
• Дураков на самом деле мало, много придуривающихся, - ответила я

Моя подруга задумалась.

• Ну да, отец придуривался до смерти. Не хотел выходить из зоны комфорта, как сейчас говорят.

Это она мне напомнила про фильм "Покаяние". Она его тоже смотрела в детстве, а недавно пересмотрела.

• Неужели дети всегда обречены? - спросила она

Я даже думать об этом не хочу. Но когда я читаю: "А что, надо было штурмом брать?", "А я-то тут причём?", "Коллективной вины не бывает", мне становится очень страшно за детей.

Можно привязать себя к зоне комфорта, утешать себя до бесконечности, можно найти себе миллион смягчающих обстоятельств, можно даже жалеть себя (да, есть и такие, которые жалеют себя - сейчас!!!! Они страдают!!!!)... можно все.

Но когда-нибудь должен наступить предел?

Когда ты смотришь в глаза своему ребёнку, что-то должно щёлкнуть? Не привычная жалость к себе, а что-то более человеческое?