Принято считать, что 29 сентября 1547 года родился Мигель де Сервантес Сааведра… («Принято» – потому что это – день архангела Михаила; точная дата неизвестна).
…зато известно, что отец будущего автора «Дон Кихота» был лекарем (по мнению некоторых биографов – хирургом, но наверно, это слишком громко сказано). В те времена специалисты такого рода промышляли разъездной практикой – потому юный Мигель (четвёртый из семи детей) кочевал вслед за папашей – и достоверных сведений об этих годах нет. (Как говорят, он учился у иезуитов – или даже в университете Саламанки – но, сдаётся, скорее всего, молодой человек ассистировал своему отцу, Родриго… Кстати, тот был просто Сервантес – происхождение второй фамилии у Мигеля тоже неясно).
…Так или иначе – двадцати с небольшим лет от роду он оказывается в Риме (вроде бы, спасаясь от ареста после дуэли, на которой молодой Сервантес ранил не того человека) – что не мешает ему вскоре завербоваться в испанскую армию. (Между прочим – в морскую пехоту; старейшую в мире и организованную буквально четвертью века раньше!) В 1571-м Мигель отбывает на войну – и отважно сражается с турками в морском сражении при Лепанто. (Отвага заключалась, преимущественно, в том, что, будучи болен лихорадкой, наш герой потащится в бой – и получит две пули в грудь и одну – в левую руку. Впрочем, невзирая на это, испанцы победят).
Раненная рука у Мигеля отсохнет. (Версию о том, что ни в каком бою он не участвовал – а конечности лишился попросту в наказание за воровство, мы с негодованием отвергаем… В конце концов, сам Сервантес много позже, снискав литературный успех, будет утверждать, что «…потерял дееспособность левой руки ради славы правой»).
…Более того – он продолжит службу, и только спустя четыре года отправится на родину, имея при себе рекомендательное письмо к самому королю. Лучше бы его (то есть письма) не было… путники уже завидят каталонский берег, когда галеру атакуют алжирские пираты!.. К несчастью, морские разбойники окажутся грамотными – сочтут Мигеля важной птицей и назначат за него немереный выкуп… (Плывшего вместе с ним брата оценили гораздо дешевле – и он сравнительно быстро окажется на свободе). А вот на сбор средств для будущего классика уйдёт пять лет – за это время он четырежды (и одинаково безуспешно) пытается сбежать… докучливого узника уже собрались прирезать – но тут прибывает спасение в виде двух тысяч дукатов!.. (Которые, вопреки распространённому мнении, заплатила матушка Сервантеса – а вовсе не добрые миссионеры. Впрочем, они присутствовали при передаче пленника).
…Дальнейшая жизнь «Калеки из Леванта» проходит на госслужбе… известно об этих двух десятилетиях немного – в частности, Сервантес занимался закупками для Великой Армады (которая вскоре благополучно пойдёт ко дну); служил по фискальной части – и даже просился в Америку. Как говорят, за это время он, минимум, трижды угодит в тюрьму – по-видимому, в связи с финансовыми… не то проблемами, не то злоупотреблениями. Согласно устоявшейся версии, именно в застенках и будет написана первая часть «Дон Кихота». (До этого Мигель сотворил несколько пьес – но большого признания они не получили).
…«Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» выходит в 1604 году – и мгновенно становится бестселлером (одно за другим последуют четыре переиздания – плюс переводы!) К сожалению, особого дохода автору этот ажиотаж не принесёт – когда европейские издатели проявят к нему интерес, испанский цензор отделается коротким пресс-релизом: «…старик, солдат, идальго, бедняк…» Сервантес напишет второй том «Дон Кихота», ещё несколько менее успешных произведений – и умрёт в 1616-м, шестидесяти восьми лет от роду. (Как говорят – приняв монашеский сан; и, скорее всего, в нищете). По-видимому, это событие прошло для современников незамеченным – даже могила затеряется (на ней не было надписи). Потому памятника автор «Дон Кихота» удостоится только в 1835 году – кстати, в 1981-м его копию испанцы подарят Москве, в обмен на памятник Пушкину… Надпись на монументе гласит: «Мигелю де Сервантесу Сааведре, царю испанских поэтов»… Сейчас-то улица Сервантеса имеется чуть ли не в каждом городе Испании…
P.S. …Достоевский сказал: «Если человечество позовут на Страшный суд, то ему в своё оправдание достаточно будет представить только одну единственную книгу – «Дон Кихот» Сервантеса, чтобы все человеческие грехи были отпущены». Сильно, да?.. А вот современник писателя, король Филипп III, заметив безудержно хохочущего человека с книгой в руках, послал узнать: тот спятил – или читает «Дон Кихота»?.. Оказалось – последнее… И чего было монарху тут же не послать автору тугой кошелёк каких-нибудь дукатов?.. (…Кстати, рассказывают, что этот самый Филипп был настолько помешан на этикете, что умер, угорев возле камина, – поблизости не окажется дона, облечённого полномочиями передвигать королевское кресло!..) Впрочем, это – совсем другая история.