Почему-то считается, что патриотизм не может быть национальным, как и национализм патриотичным. На примере Израиля очень даже может быть. Но опять же, почему-то считается, что это не работает с другими странами и нациями. Но почему? Неужели Израиль и евреи настолько уникальны? Или им можно то, чего другим нельзя? А может просто тогда поменяется представление о том, что мир понятий и их границ намного шире, чем может показаться с первого взгляда? Нет, никто не собирается пересматривать утвердившиеся термины и понятия. Просто их практическое применение может быть более разнообразным, чем это внушается некоторыми политологами, социологами и историками. Ведь если термин и понятие работает, то они работают во все стороны, а не только по отношению к одним и тем же категориям граждан и людей. Когда говоришь, что русский — это дагестанец Магомед Нурбагандов и поляк Константин Рокоссовский, украинец Иван Кожедуб и татарин Фатых Шарипов, то на тебя смотрят, как на сильно больного человека. Для