№ 2. Карлович и комар-кочерга

Итак, вот первая история, которую мне рассказал Карлович.

Дело было в Африке, тогда его путешествие еще только начиналось, и он еще не был таким опытным путешественником, как сейчас. После долгого дневного перехода Карлович решил остановиться на ночлег рядом с небольшим озером, которые было окружено прекрасными, раскидистыми деревьями. Он снял рюкзак, достал фляжку с водой, утолил жажду и решил устроить себе ночлег.

И всё как обычно – поставил палатку, наносил дров и разжег небольшой костер. Достал котелок, чтобы сварить себе суп и как следует поужинать перед сном. В общем, был в полной готовности. Сидел, раздумывал о судьбе человека, о том, что человек может и чего он не может; как преодолеть препятствия, которые тебе по плечу и как смириться с тем, чего нельзя изменить. Как видишь – его занимали не такие простые мысли, как могло бы показаться на первый взгляд любому, кто не был близко знаком с Карловичем.

И тут Карлович услышал небольшой писк. Это был обычной африканский комар, которых по всей Африке летает тысячи, а может миллионы, а может…Ты уже, наверное, догадался – куда может пойти этот ряд.

Комар, недолго думая, сел Карловичу на шею и решил отужинать, но уже в своем, в комарином, смысле. И как пронзит Карловича своим тонким хоботком. Понятно, это понравилось бы не каждому, но Карлович на тот момент был очень ретив, неспокоен и, надо сказать, зол.

С одной стороны, от того, что его укусил комар, а с другой стороны, еще и в момент, когда его занимали мысли на уровне лекции хорошего провинциального ВУЗа по философии. Он так взбесился, что хлопнул себя по шее, надеясь расправиться с комаром.

Но не тут-то было – комар слетел с него. И был таков.

Карлович, понимания, что оплошал, не успокоился. Он ринулся за комаром как торпеда по направлению к кораблю и, обогнав его с полукруга, как заправский лыжник, дал ему кулаком прямо по хоботку. От неожиданности, а комар сам опешил от такого развития событий, его хобот погнулся и стал похож на кочергу. Такой кочергой, ты можешь представить, в печурке помешивают угли.

От неожиданности, да еще и от негодования, комар заорал так, что его собраться сбежались на эти вопли. Думали, чем помочь одному из нас, на которого, как они предполагали ни с того ни с сего набросился Карлович.

Увидев толпу летящих комаров, Карлович начал отбиваться в две руки. Махал он ими как заправский боксер, так что не меньше половины слетевшихся на него комаров оказались с погнутыми хоботками.

Комары, судя по всему, сами опешили от такой неожиданности. От напора Карловича и его негодования они пришли в настоящее смущение и, желая дать назад, стали разлетаться по ночной Африке; желая, если можно так выразиться, «сделать ноги». И чем быстрее, тем лучше.

В общем, так бы оно и кончилось, но сотня-другая комаров, собравшись сзади, подцепили Карловича (он почувствовал себя как пальто на вешалке) и подняли в воздух.

А дальше, спросишь ты, что было дальше?

А то, что было дальше, я расскажу тебе в следующий раз.