СССР, 1973 год.
Режиссер: Татьяна Лиознова.
Есть такие фильмы, которые я стараюсь не смотреть. Потому что я и так знаю их чуть не наизусть, но все равно, включив, залипаю и досматриваю до конца. И ладно, если это просто фильм, но есть же и многосерийные ленты. Недавно сделал глупость и включил «Семнадцать мгновений весны». Я достаточно давно сформулировал для себя, почему именно этот кинофильм цепляет так, что нельзя просто взять и прекратить его просмотр. Вот, решил и с вами поделиться своими соображениями на этот счет.
Сюжет пересказывать смысла не имеет, я думаю. Хотя, у нас тут есть и представители молодежи, для которых что Штирлиц, что Тукультининурта — одинаково неизвестные персонажи. Так что в двух словах: 1945 год, Германия, советский разведчик срывает планы врага по сепаратным переговорам между гитлеровцами и США. Ему мешают умные жестокие враги, помогают хорошие умные люди, задание правительства выполнено.
Но именно этот фильм разительно отличается от прочих историй про разведчиков. Я однажды поймал себя на мысли, что кино-то совсем не про шпионов, оно даже не про Великую отечественную. Как рассказ про гнев Ахилла не про осаду Трои. В основе его лежит какая-то вечная история, для которой сюжет конкретного фильма просто своего рода оболочка.
История это про тотальное, невыразимое одиночество Сына Света, погруженного в самое сердце Тьмы. Знаете, в манихейском мифе есть такой сюжет, что когда настало время битвы Света и Тьмы, то Первочеловек отправился на бой, но был захвачен Тьмой и только зов отца спас его. Так вот рассказ про Максима Мамксимовича Исаева, он же Владимиров, он же Макс Отто фон Штирлиц, именно об этом. И его вынужденное полнейшее одиночество в царстве Тьмы многократно подчеркивается. Свидание с женой, попытка написать ей письмо левой рукой по-французски, печеная в камине картошка и пение родной песни, песни из мира Света, молча, в пустом доме. Максим Исаев вжился в оболочку одного из демонов Тьмы на столько, что стал считать Тьму своим домом. Помните, когда он удивляется свой собственной мысли о «нашем Берлине»?
Тут можно было бы и дальше проводить явные и натянутые параллели с древним мифом, поиграть в эту постмодернистскую игру, тем более, что манихейские Зов и Ответ прямо просятся на роли Юстаса и Алекса. Но не надо.
Потому что история эта древнее той всемирной ереси. Старинная, седая как волны вечношумящего моря история о долгом, очень долгом пути домой, где само прохождение этого пути есть борьба против Зла.
