Поводом для текста, как вы догадались, стали недавние события в ижевской школе, когда её бывший ученик совершил массовое убийство, ворвавшись в здание школы.
Начну с введения.
В психоанализе как правило не используется такое понятие как «социальные связи», что и понятно: оно очень абстрактно, это, как говорят французы, «слово-чемодан», в которое можно упаковать великое множество значений. Но есть кое-что ему близкое, по крайней мере оно предполагает идею установления связей в социуме, то есть среди говорящих существ, имя которым люди. Это понятие «дискурс», родившееся в структурализме, и которое удобно ввести опираясь именно на структурализм: дискурс - это система мест и отношений между ними, если говорить совсем просто. Важно понимать, что лакановские дискурсы не описывают собственно социальные взаимоотношения, которые можно наблюдать непосредственно. Его идея заключалась в том, чтобы показать, как человек, наделенный влечениями и бессознательным, то есть человек, как его понимает психоанализ, а не просто социологическая единица, проявляет себя и находит себе место вступая в связь с другим. Скажу даже так: субъект как таковой просто не существует вне дискурса. Даже оказавшись на необитаемом острове, до тех пор, пока вы не потеряли человеческий статус, вы будете создавать себе другого и устанавливать с ним связи в том виде, как их описал Лакан (в качестве примера отошлю вас к замечательному фильму «Изгой» с Томом Хэнксом). Точнее так: чтобы не потерять человеческий статус, вы должны будете восстанавливать своё бытие в рамках того или иного дискурса, для чего будете вынуждены создавать для себя другого теми или иными способами (оказавшийся на необитаемом острове Том Хэнкс на место другого поместил волейбольный мяч фирмы Вилсон).
А теперь вернёмся к актуальной истории, вынесенной в заголовок, и о которой уже начали громогласно молчать медиа. Вопрос: почему так «удачно», по крайней мере для пропаганды, получилось, что убийца детей оказался одет в толстовку с нацистской символикой? Мой ответ: а по той простой причине, что он марионетка той самой пропаганды. Но прошу понять меня правильно, я вовсе не повторяю здесь мнение идиотов, которые считают, что наигравшийся в Контр Страйк хватает оружие и спешит убивать невинных. Нет, игра - это просто игра, она как раз защищает реальность от того, чему там возможно не стоит быть. А вот пропаганда - это уже совсем не игра, а это то, что стремится изменить дискурс, в который в свою очередь вписан человек. И вопрос в том числе в том, как разные люди в этот дискурс вписаны.
Психическое устройство многих людей позволяет им дискурс интерпретировать, не смотря на то, что его эффекты и даже само его существование относятся в первую очередь к бессознательному. Эти же самые люди обладают определенной пластичностью, которую психологи также называют амбивалентностью а аналитики расщеплённостью. Например: я могу испытывать ненависть к кому-то, но одновременно, с другой стороны, и симпатию, и уж по крайней мере эта ненависть оказывается недостаточной чтобы я как-то ее проявил. То есть: практически любая интерпретация себя, другого и всего происходящего в связях между нами обладает как минимум двойственностью, неоднозначностью, оставляет место для неуверенности и сомнения. Если перевести это на язык дискурса: такой человек всегда схвачен дискурсом не полностью, часть его бытия происходит словно в другом месте, которое также можно интерпретировать, но уже иначе.
Соответственно существует и другое психическое устройство, называемое психотическим, когда субъект оказывается «целиком» схваченным дискурсом. Единственный способ бытия, который он для себя обнаруживает - это стать элементом дискурса, и в крайних случаях буквально его марионеткой. Напомню, что у убийцы из ижевской школы был прежде диагностирован психоз, и это заключение докторов не стоит подвергать сомнению. Вы можете спросить, а почему именно такой выбор? Почему именно пропаганда как ничто иное способна дать «прибежище» таким субъектам? Ответ будет таким: само устройство пропаганды не подразумевает двойственности, неоднозначности в прочтении (то есть исключает спасительные сомнения и двойственность). Она предлагает готовые «штампы» и идеи, которые способны впечатлять и захватывать. Она начинает циркулировать, как говорится, в массах, становится чем-то всеобщим, то есть порождает идеи мессианства. Пропаганда словно борется с теми субъектами, с которых я начал, которые не целиком схвачены дискурсом, которые сомневаются, которые сложны. Посему даже «нормальный» человек слишком верящий пропаганде порой напоминает безумца. Итак, я о болезнях, которые нам придётся лечить годами…