Домой я вернулся ближе к вечернему чаю, который частенько заменял сигаретой и чашкой эспрессо из кофемашины. Усилием воли я сдержал в себе порыв опрокинуть стаканчик чего покрепче и сел за стол, раскрыв перед собой черный блокнот в кожаной обложке. Иногда я писал в него свои мысли, сродни тому как многие успешные личности ведут дневники потока сознания. Ну, дабы стать продуктивнее, успешнее, замотивированнее. Мой блокнот, скорее, содержал в себе словесный, плохо разборчивый понос хронического алкоголика с прогрессирующим тремором рук. Однако стоит отдать должное сей писательской терапии: благодаря изливанию мыслей на бумагу, я как будто лучше понимал те или иные мотивы и первопричины. Как свои, так и других людей.
Помню, что купил этот блокнот на какой-то гаражной распродаже, не без трудностей выудив находку из лап рассеянной школьницы. Хоть где-то пригодился мой журналистский талант наседания на уши. Тогда моими бестактными действиями явно руководил сам дьявол подлости. Ежедневник стоил всего ничего, но я жутко, просто неимоверно захотел им обладать, представляя, как органично он впишется на мой рабочий стол, высеченный из цельного куска темного дерева.
Домой я бежал чуть ли не вприпрыжку, тесно прижимая находку к груди, ровно это была ценнейшая семейная реликвия, или сердце возлюбленного. Отпраздновав добычу бокалом дорогого розового вина из «почти неприкосновенных запасов», я шумно выдохнул, нервно поерзывая на стуле.
Жирным красным маркером я старательно вывел на развороте вычурную надпись: «Черный дневник Алистера Майерса».
Все. Начало положено. Записанное в этом дневнике будет жить даже после моей смерти. Поэтому нет никакого смысла писать ложь и притворяться благочестивым иисусом. Я хочу, чтобы меня запомнили настоящим…