Для меня сентябрь — это месяц серых журавлей. Достичь величины взрослых птиц птенцам удается лишь через два месяца после вылупления. К концу июля молодые журавли, те, что поселились в средней полосе России, уже умеют летать.
В начале и середине августа семьи, где есть и взрослые и молодые птицы, можно увидеть на полях.
У журавлей хорошее зрение, и они очень осторожны.
Двое взрослых членов семьи или, в крайнем случае, один всегда внимательно наблюдают за человеком или машиной, а молодые беспечно копошатся, наклонив головы, в земле.
Их легко отличить по однотонной серой окраске оперения и рыжеватой голове.
У взрослых низ головы и горло черные, а вблизи у них можно рассмотреть красную голую кожу на темени.
Кроме этого, у родителей-журавлей от глаз идут белые полоски, которые, спускаясь по бокам шеи, оканчиваются у горла с черным оперением, под серым зобом.
Птенцы, хоть и догнали родителей по величине, все еще по-детски пищат, поэтому, находясь вблизи пролетающей над нами семьи журавлей, мы и слышим их тоненький писк. Трогательно смотрится со стороны совместный полет этих птиц, когда взрослые летят по обе стороны от молодых, словно оберегая их от выстрела.
Во время осенних сборищ, когда птицы начинают готовиться к отлету и соединяться в стаи, родители еще остаются со своим выводком, состоящим из одного, двух или трех птенцов. Но если в августе журавли еще встречаются семьями, то в сентябре в благоприятных местах, где их не беспокоят и хорошо обстоят дела с кормами, они уже собираются в сотенные сообщества.
Сбор птиц происходит постепенно. Сначала семьи летают на кормежку в поля и вместе отправляются на ночевку. Это может быть десяток или полусотня птиц, то есть несколько семей. Выглядят они еще не столь сплоченно и дружно, как к концу сентября. Тут уже ситуация меняется, и они большой стаей прилетают в определенное время на излюбленный участок жнивья, а позже к ним присоединяются все новые и новые стаи.
Вот что происходило на моих глазах 20 сентября в заказнике «Журавлиная родина» (Сергиево-Посадский район Московской области). Утром, после семи часов, когда рассвело, послышалось журавлиное курлыканье.
Первыми на участок скошенного овсяного поля прилетели три птицы, а буквально через пять минут подтянулись стаи покрупнее. Редко в какой из них было пять-шесть птиц, в основном от двадцати и больше.
Все журавли садились на небольшой пятачок поля со стерней площадью не более двух гектаров, находящийся довольно далеко от дороги и водоотводных канав. За полчаса сюда приземлились более трехсот птиц, и стаи все прилетали и прилетали.
Первые журавли настороженно осматривались и прислушивались, но чем больше было птиц, тем свободнее они себя вели. Стая находилась далеко от меня, но до моего слуха отчетливо доносились негромкие клыкающие звуки. Несколько раз десятки птиц поднимали клювы вверх и громко курлыкали. Это было похоже на общее собрание перед отлетом.
В девять утра на поле приехали два трактора. Механизаторы начали вспахивать поле. Журавли дружно взлетели большим серым комом, и вскоре вся эта масса разделилась на несколько крупных стай, из которых потом образовались еще меньшие. Часть птиц улетела с криками за реку, а большая часть села на другое поле.