Гнал на выпас карельские реки закат.
Багровела в разрывах брусника.
Заблудился в лесу поисковый отряд -
Не иначе, как ворон накликал.
Не иначе, как леший во тьме нашептал.
Или зло подшутила природа.
Скрежетал проржавевший металл о металл
В специальных мешках для находок.
Грелся август над чёрной, болотной водой.
Мох был шатким и скользким, как плаха.
И пуховой своей иван-чай бородой
Лез в глаза, не живые от страха.
Криво скалился месяц в деревьях, как тать.
Чуял волк приближенье охоты.
И послышалось им: "Ну, едрить вашу мать!"
И взлетела сова над болотом.
Шли они за совой по воде, по земле,
От берёзы к берёзе сквозь чащу.
И трещали, как выстрелы, сучья во мгле.
Гикал ветер дурной и пропащий.
В тьме кромешной вернулся усталый отряд.
Долго длились счастливые слëзы.
И они говорили: "Нас вывел солдат,
Костыли у него из берёзы.".
И смеялись над ними: "Хорош ерундой
Заниматься, особенно к ночи!"
Но скрипели берёзы над чёрной водой.
Но сверкали совиные очи.