Политолог Дмитрий Родионов рассуждает о том, как европейские политики начали пересматривать свое отношение после мюнхенской речи российского президента, которая оказалась верной по всем пунктам.
Дмитрий Родионов, LIFE
Пятнадцать лет назад, 10 февраля 2007 года, президент России Владимир Путин произнес свою знаменитую речь на Мюнхенской конференции по безопасности (МСК) как предвестник многополярного мира или нового поворотного момента в холодной войне. Некоторые эксперты утверждают, что она не закончилась даже после того, как Советский Союз исчез, и Россия была победителем более десяти лет.
Блок НАТО продолжал расширяться до своих границ, США активно делили Югославию и создавали свой собственный порядок в Европе, даже нарушая или денонсируя международные договоры. Кроме того, США устанавливали экономические диктатуры, душили санкциями неугодные им страны, такие как Северная Корея, Ливия и Иран, и даже "демократизировали" некоторые страны с помощью бомб. В конце концов, это было до Мюнхена.
Зачем это было нужно, если Россия проиграла войну, не претендовала на политическую, не говоря уже об экономической конкуренции, а Китай был просто глобальной "фабрикой", источником дешевой рабочей силы для западных ТНК? Была ли это инерция холодной войны или желание закрепить успех, лишив потенциальных конкурентов возможности бросить вызов?
Возможно, это была необходимость постоянно самоутверждаться, иначе однополярный мир был бы невозможен. Такие язвы были обнажены Путиным в Мюнхене. Он сказал то, что все знали, но не решались высказать или просто не обращали внимания.
Западные державы нарушили свое обещание не расширять НАТО на восток.
Правовая система одного государства навязывается другим государствам через границы во всех областях.
С одной стороны, раздается "благотворительная помощь", а с другой - "поддерживается экономическая отсталость и собирается прибыль".
ОБСЕ стала вульгарным инструментом для обеспечения внешнеполитических интересов государства или группы государств против других государств. Единственным механизмом принятия решения о применении военной силы является Устав ООН, а не то, как это решается среди членов НАТО.
Однополярная модель не только неприемлема, но и невозможна в современном мире. Россия, страна с более чем 1000-летней историей, почти всегда пользовалась и будет пользоваться привилегиями независимой внешней политики.
