Максим лежал на металлической лестнице с пробитой головой. Спортивная куртка на нем была вся залита кровью. К моменту приезда врачей он находился в шоковом состоянии, не понимал, что произошло. Когда его на носилках осторожно заносили в скорую, к машине подбежала бледная, испуганная женщина. Елена взяла пострадавшего за руку и прошептала: «Максим, держись! Все будет хорошо».
Елена и Максим познакомились два года назад по Интернету. Они оба были в разводе. У обоих от первого брака – дочки. Максим рассказал, что родных у него почти нет. Мама и бабушка, которые его воспитывали, уже умерли. По профессии он инженер-монтажник промышленных холодильных установок, но легко может починить всё: от телефона до телевизора. Работал на Чукотке – «позвали на путину рыбу морозить».
В течение полугода Елена и Максим общались по 5-6 часов в день по телефону, все больше и больше узнавая друг о друге и удивляясь, как много у них общего: и взгляды на жизнь, и отношение к людям.
Когда вахта на Чукотке закончилась, Максим приехал к Елене, в Екатеринбург. Нашел работу. Быстро подружился с 13-летней дочерью Елены. Жизнь пошла своим чередом, пара планировала пожениться. Вот только надо было подлечиться: Максим внезапно стал жаловаться на боли и слабость в руках. Не мог их согнуть, удержать шуруповерт или кувшин с водой.
Врачи ссылались на возможные последствия перенесенного на ногах коронавируса, назначили физиопроцедуры. Но поставить точного диагноза не могли. А потом Максима нашли на той злополучной лестнице.
С тяжелой черепно-мозговой травмой он оказался в больнице – на грани жизни и смерти, в коме. Ему сделали трепанацию черепа, убрали гематомы, подключили к аппарату ИВЛ.
Когда Максим пришел в сознание, с трудом выговорил: «Лена, что со мной? Меня что, избили?» Елена покачала головой: «Ты пошел относить микросхемы, которые сделал на заказ. Тебя нашли рабочие. Может, резко подскочило давление… А может, хотел схватиться за перила руками и не удержался».
Елена не знала, что произошло на той лестнице, и не было ни одного свидетеля происшедшего. Надежда была, что Максим сам что-то вспомнит. Но спустя полчаса он забыл даже то, что узнал от нее, и снова задал вопрос: «Что со мной?» Забыл он и первую жену, и свою дочь, и ряд событий прошлого. Восстанавливать память помогала ему Елена: показывала фотографии, рассказывала, что знала.
Чтобы помочь Максиму, перейдите по ссылке.
Спустя полтора месяца Максима перевели из одной больницы в другую – на реабилитацию по ОМС, а потом – в Клинический институт мозга. Он был все еще в тяжелом состоянии. Правая сторона тела оставалась парализованной.
Когда стало понятно, что бесплатных занятий явно недостаточно, Елена стала собирать деньги на платный курс. Поддержали родные и знакомые – кто как мог. Она взяла отпуск на работе, чтобы быть рядом с Максимом, помогать ему восстанавливаться: поддерживала морально, делала массаж рук и ног, кормила с ложки. Были дни, когда на обоих накатывало отчаяние и они спрашивали себя: «Почему все так? Встретились, полюбили, думали о свадьбе осенью, а вместо этого – бесконечные больницы и слезы».
Несмотря на реабилитацию, любое прикосновение к рукам, локтям причиняло Максиму невероятную боль. Когда его пытались поднять с каталки, придержать за плечи, слезы катились градом, и он начинал стонать. Футболку тоже надевал со слезами. Елена умоляла врачей платного реабилитационного центра разобраться, что происходит. Ранее все, к кому она обращалась с этим вопросом, отмахивались.
Именно в клинике «Реабилитация доктора Волковой» Максиму впервые поставили диагноз «хроническая полинейропатия». Это одно из тяжелых неврологических нарушений, которое может привести к атрофии мышц и утрате движений в конечностях. При болезни частично или полностью поражаются периферийные (не входящие в систему головного и спинного мозга) нервы. И, скорее всего, это заболевание у Максима — осложнение после COVID-19.
Максиму назначили гормональную терапию, массаж, и спустя несколько дней боль начала стихать. Он смог спать на боку, не так остро реагировал на прикосновения. Потихоньку, с поддержкой начал ходить.
Сейчас Максим продолжает заниматься дома под присмотром Елены. Правую руку пока разработать не удалось, а левой уже может есть. Самостоятельно дойти до кухни или туалета не получается. Походка шаткая. Максима то и дело мотает из стороны в сторону. Опираться на ходунки или трости он не может из-за слабости рук.
Продолжать реабилитацию со специалистами Максиму крайне необходимо. Причем именно сейчас. Первые месяцы – решающие. Но курс лечения дорогой. Собрать еще раз необходимую сумму самостоятельно Елена не сможет. Но она верит, что Максим обязательно восстановится. Когда закончится гормональная терапия, ему сделают пластику черепа. А после пара будет думать про свадьбу. Давайте поможем Максиму и Елене!
Чтобы помочь Максиму, перейдите по ссылке.