Грузовое судно «Клеопатра», принадлежавшее маленькой греческой судоходной компании, выглядело вполне современно и пристойно. Сразу и не скажешь, что ему стукнуло уже тридцать лет. Теплоход из серии, так называемых писателей – поэтов, раньше работал в Дальневосточном морском пароходстве. И использовался строго на международных линиях. Проще говоря, только за границей. А значит, экипажи всегда были дисциплинированы, очень работоспособны и профессиональны. И на данный момент все на судне крутилось – вертелось, все механизмы, включая главный двигатель, были в идеальном состоянии. Работа в пароходстве на заграницу очень стимулировала моряков на выполнение планов Родины на сто двадцать процентов. Шутка, но с очень большой долей истины. Вот потому то это судно и купили греки, по тихой договорившись с пароходским начальством. Которое медленно, но верно уничтожало родное предприятие, распродавая отличные суда по цене металлолома.
Греки быстренько перевели теплоход под самый дешевый флаг. Так же быстро сделали в порту Пирей ремонт, в котором убрали – срезали все грузовое устройство, вырезали твиндеки, превратив сухогруз в балкер грузоподъемностью около двадцати тысяч тонн.
Судоходная компания из трех морских судов, приписка к дешевой стране, на которую не действуют правила международного профсоюза и мизерная зарплата по меркам цивилизованного морского флота. Матросу платили шестьсот долларов в месяц, которые он в конце концов мог и не получить в связи с возможным банкротством компании. Что в недалеком будущем и случится. Судно простоит в Порт – Саиде несколько месяцев, пока его не продадут на аукционе за долги. Моряки без зарплаты будут на спасательном боте объезжать суда с русскими экипажами, выклянчивая хоть какие то продукты. Но это еще наступит не завтра. И от всего этого дисциплина на судне хромает. Моряки почти открыто употребляют спиртное.
Из двадцати одного моряка экипажа двенадцать русские, которые головная боль греческого капитана пенсионного возраста. И за которых ему дополнительно доплачивает компания тысячу долларов. И это очень мало за работу с такими непредсказуемыми и агрессивными людьми. Ведь даже один из боссов компании пострадал от рук русского матроса. Во время ремонта в порту Пирей русские моряки потребовали зарплату за два месяца. И получили полный отказ. И этот самый босс, чтобы закрыть вопрос о деньгах раз и навсегда, троим русским приказал покинуть немедленно борт судна и отправляться домой. Они то уехали, но нос босса теперь в виде картошки. И шрам над левой бровью. И зная это, капитан старается, как можноменьше общаться с русскими. И молит Бога, чтобы контракт скорее закончился. Он уже ставил вопрос перед компанией, чтобы заменить русских на филиппинцев, которые на два порядка дисциплинированнее, спокойнее и дружелюбнее. Но пока движения в этом вопросе нет. Трудно найти моряков на такие ужасные условия работы. Случись такое, и жизнь на судне стала бы намного спокойнее. Да еще не способствуют нормальной работе контракты по восемь месяцев. А длятся они фактически, как правило, больше одиннадцати. Не хочет компания тратиться на частые смены экипажа. Ее правило: одна смена в год и не чаще. А это дополнительный напряг на работающих в море людей.
Повар, буфетчик и три моториста филиппинцы. Старпом болгарин, которому плевать на все, кроме своих грузовых операций. А в палубной команде оказался даже один негр. И все они чувствуют себя в экипаже не очень комфортно. И эта проблема лежит на нем, на капитане. Основа хорошей и продуктивной работы в море, это благоприятная атмосфера среди моряков. Это и доказывать не надо.
Судно работает в районе Средиземного моря. Короткие переходы и частые стоянки в портах выливаются в постоянное употребления алкоголя. Никто, конечно, не напивается, но все матросы, которые зачастую на глазах, всегда под алкогольными парами. Всегда слегка возбуждены и без повода радостные. Да и как им не быть пьяными, если бутылка коньяка в семьсот грамм стоит всего три доллара. А про вина и говорить нечего. Вокруг страны с громадными по площадям виноградниками. А низкая зарплата и долгий контракт способствуют спаиванию экипажа. Как и не способствуют нормальному трудовому процессу. Авральные работы, ту же зачистку трюмов приходиться возглавлять лично капитану. И находиться среди моряков до конца рабочего процесса.
Работа худо – бедно идет, вахты несутся, а вот отношения между моряками напряженные. Что с каждым днем вызывает все больше опасений у капитана. Русских большинство, и они всему задают тон. И зачастую с позиции силы. Они все из той компании, у которой боссы купили это судно. Он слышал, что им приходиться отдавать половину заработка своим боссам. И если это так, то очень и очень ужасно. И понятно, откуда у них злоба на всех и агрессия. С жалобами уже приходили мотористы филиппинцы. Мол, русские их за людей не считают. Заставляют очень напряженно работать не только механики, но и токарь с газосварщиком. За те деньги, которые они получают по контракту, их не имеют права держать в машинном отделении больше восьми часов. И для этих русских даже сам суперинтендант не авторитет. Они с ним постоянно ругаются. И это не проблема мотористов, чтобы в МКО все крутилось и вертелось. За это отвечают механики. Они получают большие деньги, и они должны много работать. Капитан понимает этих людей, не желающих подрывать здоровье за копейки. Но если встанет главный двигатель в шторм при наличии в трюмах железной руды, то мало никому не покажется. Изношенный за десятилетия корпус разломится за пять минут, а весь экипаж пойдет на корм рыбам. Так что в дела русских механиков он не лезет. Да и по большому счету ему плевать на все работы по поддержанию судна в хорошем техническом состоянии. Он уже мечтает о доме, о семье, о внуках. Пусть со всем этим разбирается супер. Это проблемы его и хозяев судна. Ему главное не допустить конфликта с применением силы. Главное, чтобы все моряки сошли на берег живыми и здоровыми. Случись конфликт с не предсказуемыми последствиями, и карьера его закончится. А ведь в планах еще пару лет потрудиться на благо семьи и внуков. Как бы оно не было, а международный профсоюз очень жестко реагирует на межрасовые конфликты в экипажах судов. Сурово наказывает за травмы, полученные в ходе этих самых конфликтов.
И вот очередная проблема. Матрос пришел к нему с жалобой. При забортных работах только он один работает, то есть красит с подвески. Все русские только обеспечивают. Стоят на страховке. При этом смеются над ним. Называют негром, которому положено трудиться по черному. То есть висеть за бортом. Ну, а если ему скучно, то может позвать филиппков, которые еще недавно лазили по пальмам. Им в радость будет такая работа. Вспомнят свои джунгли. На вопрос называли ли они филиппинских моряков обезьянами, матрос отвечает отрицательно. Хоть тут на проблему меньше. А вот за оскорбление, за слово негр надо разбираться. Надо на корню пресечь конфликт. И капитан вызывает обидчика этого черного парня на мостик. Чтобы в присутствии вахтенного штурмана, кстати, тоже русского, сделать строгое внушение. Белобрысый матрос не отрицает, что назвал коллегу нигером. Но этим он совсем не хотел обидеть человека. В России живут русские, в Греции греки, а в Нигерии нигеры. И разве это не так, вопрошает капитана белый матрос. И нет ответа на этот простой вопрос. Хотя этот черный и соглашается, что есть такая страна Нигерия, но он то из Занзибара. А русский твердит, что он не знал откуда родом этот обидчивый парень. Он и не знал, что в Африке кроме Нигерии есть еще и какой то Занзибар. Явно городит чушь, но смотрит без усмешки. Вроде как искренне. Твердит, что не по злому умыслу назвал коллегу нигером. И искренне просит прощения за ошибку. С этого дня начнет изучать географию, и в частности Африку. Что поделать, если он неграмотный. Он же простой матрос. А чтобы капитан окончательно закрыл тему, и сдуру не проштамповал в квалификационной книжке слово «BAD», напоминает о контракте, который закончился месяц назад. И он с нетерпением ждет момента, когда распрощается с греками и неграми.
С уважением к читателям и подписчикам,
Виктор Бондарчук