Было пять мальчику, и почему он заблудился? Причины в памяти не осталось. Только помнит, как шел и плакал по улице, и почему-то взрослые мимо проходили. Наверное, куда-то торопились.
Подошел суровый мужчина, как тогда показалось, - почти дедушка, и на его щеке большой шрам.
Мальчик в ужасе застыл, от страха ноги в землю вросли. А мужчина со шрамом вдруг улыбнулся, вынул из кармана ириску в желтой обертке и вложил – в детскую ручку.
Присаживаться на карточки не стал, чтобы шрамом не испугать, сверху разговаривал. Быстро успокоил, и пошли дальше вместе.
Мальчик большой, название улицы знает, и номер дома назвал. Пришли, вручил обезумевшей от страха бабушке ребенка, и ушел - мужчина со шрамом.
А бабушке дурно сделалось. Конечно, из-за того, что ребенка проворонила, ну, и перед родителями отчет нужно выдержать – а страшно.
Забылась история, потому что много всего в жизни было. И вот мужчине тридцать, идет по бульвару, направо и налево скамейки, редкие люди на них сидят.
Поравнялся с одной и заметил старичка с шрамом на щеке. Мимо прошел, остановился, никак не мог решить: подойти или нет?
И душа разволновалась. Казалось бы, из-за пустяка: подумаешь, до дома довел, не он – кто-нибудь другой, мир же не без добрых людей.
Еще постоял, все-таки подошел.
Дедушка со шрамом испугался: «Чего вам надо»?
Мужчина сказал: «Вы, наверное, забыли, как меня, маленького, домой отвели и ириской угостили. И я забыл, а сейчас вспомнил, подошел поблагодарить, лучше поздно, чем никогда».
Дедушка лоб наморщил, погрузился в то время, улыбнулся, рука полезла в карман, вернулась с ириской в желтой бумажке.
И так хорошо стало – почему-то. И не стыдно было ириску взять, и приятно было смотреть в глаза случайному человеку из далекого детства.
- Вас тогда шрам мой испугал. И я бы на вашем месте испугался. Расскажу, так и быть, по вашим глазам вижу, что любопытно.
Женщину полюбил, разведенная она. Встречались немного. И не знал я тогда, что она того, первого, любит. И вот как-то сижу у нее, тот пришел, увидел меня – драка получилась. Только я сильнее. В какой-то момент услышал, как она закричала, не трогай, мол, моего любимого человека, если что – не прощу и прокляну.
Ослабил я хватку, а он и прошелся по мне, след остался. Хорошо, что жив.
Работу свою любил, с головой в нее ушел, а жениться – не женился. Может, не доверял, может, в душе лампочка погасла, которая за любовь отвечает. Только вот детишек – люблю. Чистые они, невинные. И к вам тогда подошел. Помню вас, помню.
Шрам на лице, и душа со шрамом. Чувствительный, видимо, человек.
Ну, что ж, перезваниваться будут иногда, а как иначе? Иначе нельзя. Не случайно, может быть, тогда встретились. Хоть какую-то помощь получит человек со шрамом, если вдруг приспичит.