Медленно, но верно бойцы ДНР продвигаются вперед, и натовское оружие ВСУ уже не являются довлеющим аргументом, однако по-прежнему средств катастрофически не хватает. Об этом в эфире телеканала «Россия 1» заявил российский журналист-военкор Александр Сладков, передаёт корреспондент «ПолитНавигатора». «Первое, если вы поверите моему внутреннему термометру, а я четвёртый десяток уже разменял своего репортерства, и ощущения другие в Донецке. Да, стреляют. Да, и мы стреляем. По нам стреляют, наваливают. На прошлой неделе более 20 человек погибло, трое детей.Но уже немножечко в воздухе попахивает, когда ты выходишь на ринг, я не знаю, кто боксировал, когда тебе уже капу запихали, и ты понимаешь, что ты сейчас его порвешь. Вот ничто не обещает, но ты уже понял. Всего не могу говорить, но техника идёт. Люди идут. Люди, уверенные в себе. Я же как военный могу по глазам солдата определить, готов он или нет. Вообще в порядке он или нет.Другое хочу сказать. Я сейчас был не на линии фронта, а на по
Медленно, но верно бойцы ДНР продвигаются вперед, и натовское оружие ВСУ уже не являются довлеющим аргументом, однако по-прежнему средств катастрофически не хватает.
Об этом в эфире телеканала «Россия 1» заявил российский журналист-военкор Александр Сладков, передаёт корреспондент «ПолитНавигатора».
«Первое, если вы поверите моему внутреннему термометру, а я четвёртый десяток уже разменял своего репортерства, и ощущения другие в Донецке. Да, стреляют. Да, и мы стреляем. По нам стреляют, наваливают. На прошлой неделе более 20 человек погибло, трое детей.Но уже немножечко в воздухе попахивает, когда ты выходишь на ринг, я не знаю, кто боксировал, когда тебе уже капу запихали, и ты понимаешь, что ты сейчас его порвешь. Вот ничто не обещает, но ты уже понял. Всего не могу говорить, но техника идёт. Люди идут. Люди, уверенные в себе. Я же как военный могу по глазам солдата определить, готов он или нет. Вообще в порядке он или нет.Другое хочу сказать. Я сейчас был не на линии фронта, а на полигоне. Я получил колоссальное удовольствие, объясню почему. Я был на полигоне только одного соединения, которое воюет сегодня. Потихоньку идёт вперёд, с трудом. Но разговаривая с командиром соединения, мы обменивались мнениями и понимаем, что Путин сказал, что не надо штурмовщины. Не надо закидывать своими трупами окопы и пробегать по ним», – сказал военкор.
На вопрос телеведущего, научились ли в армии бороться с поставляемым Украине высокоточным оружием, Сладков ответил утвердительно, однако добавил, что средств все еще не хватает.
«Мы противостоим. У нас есть вещи, которые позволяют нам заниматься этим. Но извините меня, их не хватает критически. То, что сейчас происходит здесь, в прифронтовой зоне, я понимаю, что намерены поменять ситуацию. Я не хочу сейчас в сторону Шойгу копьё бросать. Почему? Потому что я ощущаю, что идут перемены.Если вы мне поверите, репортёру, который постарел с микрофоном в руках, то вот такое происходит. Мы крушим их «Хаймерсы», мы крушим их 155-е, мы уничтожаем. Мы охотимся за ними. У нас есть дальнобойная артиллерия. Мы умеет добывать координаты целей, у нас есть жирные цели, за которыми мы охотимся. Мы умеем гонять танки противника.Мало того, у нас было обострение ситуации, но размотали просто как Тузик грелку на этой неделе. Я не буду называть, это прерогатива руководства», – сказал Сладков.
Также он ответил на вопрос, большие ли потери в ВСУ в упомянутом бою.
«Там – да. И в технике, в бронетехнике и люди вообще», – заверил военкор.