У входа в Измайловский военкомат Москвы дежурят полицейские. Часть — в форме и с автоматами. Некоторые — в гражданском. Все очевидным образом напряжены. Не потому, что молодые и дерзкие призывники могут чудить и дурачиться, как это бывает, когда на службу отправляются срочники. Сегодня нервозность у полицейских иная. Правильнее было бы назвать это «настороженностью».
Один из полицейских, невысокий крепкий мужчина с коротко стриженными светлыми волосами, объясняет aif.ru, что людей фотографировать не стоит. Граждане отправляются в зону боевых действий, поэтому не надо упрощать задачу противнику. Мы живем сейчас в слишком прозрачном с точки зрения информации мире.
Патруль Росгвардии, который дежурит тут же, экипирован не хуже полицейских. Сотрудники объясняют, что дежурят у военкомата постоянно. Экипажи меняются, но наблюдение ведется круглосуточно.
Усталый военком подтверждает, что в последние дни у его сотрудников нет такого понятия как «время работы». Военкомат во время мобилизации — это учреждение, работающее круглосуточно. Поэтому может быть только небольшой перерыв, когда одна команда мобилизованных сформирована и, погрузившись в пазик, покидает двор военкомата.
Впрочем, перерывом это назвать будет сложно. Просто станет чуть попроще: мобилизованные уедут, провожающие разойдутся. Мобилизованные и их родственники выглядят значительно спокойнее, чем сотрудники полиции и военкомата. Молодые парни, явно не впустую проведшие оставшийся «на гражданке» день, шутят. Один из тех, кто уже погрузился с вещами в автобус, протягивает руку через окно. Товарищи передают ему пачку сигарет.
— Братишка, ты там мне местечко присмотри! — кричит один из них тому, что в автобусе. — Только договорись заранее, чтобы койка была снизу.
Пройти через толпу провожающих, сгрудившихся у автобуса, сложновато. На каждого мобилизованного — пять-шесть-семь друзей и родственников. Рыдающих женщин нет, впрочем, и радости на лицах тоже заметить не получается. Большинство настроены серьезно, переговариваются друг с другом, не повышая голоса.
Берут не всех. Знакомый военком объясняет парню: «Повторяю вам, молодой человек, вы не подходите по состоянию здоровья». Расспросить того, кто получил отказ, не удается. Парень лишь разочарованно машет рукой и, развернувшись, уходит, ссутулив плечи.
Молодая женщина, представитель префектуры, присутствующая при оформлении документов, рассказывает, что далеко не все из мобилизованных вызваны повесткой. Количество добровольцев внушительное.
Небольшой коридорчик, где ожидают оформления документов, забит до отказа. Часть людей стоит на лестнице.
На улице поднимается шум: группа мобилизованных сформирована, пора отправляться.
— Россия! Россия! — шум двигателя заглушает слаженное скандирование. Хрустнув включившейся передачей, пазик медленно проплывает сквозь толпу. Проводив его взглядами до поворота, провожающие начинают разбредаться: кто к машинам, кто в сторону метро.
Однако расходятся не все. Несколько групп остаются под деревьями рядом с военкоматом. Молодые парни с упакованными рюкзаками за плечами спокойно курят, беседуют с товарищами и родными.