Само слово «опричники» благодаря художественной литературе у простого читателя ассоциируется с чем-то по умолчанию негативным. Но на самом деле это было не совсем так. Опричнина стала вызовом боярству, которое, по воспоминаниям самого Ивана Грозного, жила в немыслимой роскоши:
«Иван Шуйский ходил раньше в ветхой шубёнке, а теперь ест на золоте... А мы какой нужды не натерпелись, лишаясь даже пищи и одежды!»
Но кроме того, что опричники оберегали государя, они немало сделали и для спасения государства, и для приближения его побед. Одним из самых ярких эпизодов воинской доблести опричников является битва при Молодях.
Вторая Куликовская битва
Многие истории ее по праву считают второй Куликовской битвой, победа в которой фактически спасла московское государство.
В 1572 году крымский хан Девлет Гирей решил окончательно покончить с беспокойным соседом, захватившим Казань и Астрахань. Помощь хану оказал и турецкий Константинополь, которого сильно раздражало растущее влияние Москвы. А обстановка для захватчиков складывалась очень благоприятной. Во-первых, Москва завязла в Ливонской войне, а во-вторых, более чем удачный крымский поход на Москву в 1571 году давал все основания полагать, что можно нанести решающий и смертельный удар Москве, как минимум сильно её ослабив, а как максимум – просто уничтожив русское государство.
Русские смогли собрать около 25 тысяч войска, которое должно было выстоять против более чем 100-тысячной армии Девлет Гирея. Достаточно сказать, что крымцев и нагайцев было порядка 80-тысяч, также турки послали в помощь 33 тысячи своих бойцов и даже элиту – 7 тысяч самых отборных турецких янычар.
Благодаря заранее проведенной разведке, русская армия в кратчайшие сроки возвела деревянную крепость – Гуляй- город. Оставалось только заставить крымского хана все развернуться и все силы бросить на штурм. Вот здесь и отличилось опричное войско Дмитрия Хворостинина.
Когда татары спешным маршем подходили уже практически к Подольску, опричники Хворостина, которые спрятались в окрестных лесах, неожиданно атаковали сзади. Причем атака была настолько успешной, что татары решили, будто их хотят разбить по частям. Поэтому армия Девлет Гирея моментально развернулась и, преследуя кавалерию Хворостина, уперлась в тот самый Гуляй-город. После нескольких дней безуспешного штурма, когда, по мнению татар, можно было идти на окончательный приступ, Девлет Гирей приказал своей кавалерии наступать в пешем порядка, оставив коней. И как только армия хана практически вцепилась в укрепления, тут же конница Хворостина вновь нанесла сокрушительный удар с тыла.
Это был разгром. Девлет Гирей сумел уйти только с 10-тью тысячами воинов, все остальные или погибли, или попали в плен. Русская же армия потеряла порядка 6-ти тысяч.
Взятие крепости Вайсенштайн
После нанесенного Крыму поражения, Иван Грозный решил все-таки разобраться и с Ливонской проблемой, в том же году лично возглавив 80-тысячное войско (по некоторым данным), которое отправилось в направлении крепости Вайсенштайн. Для шведов этот поход был абсолютной неожиданностью, поэтому гарнизон крепости состоял всего лишь из около полусотни бойцов.
Однако опыта штурма крепостей у русского войска не было, поэтому у Вайсенштайна были теоретические шансы устоять. После беспрерывной шестидневной осады, 1 января 1573 года, когда часть стены была обрушена русскими пушкарями, на штурм крепости пошли опричники, которыми руководил лично «самый главный опричник» Малюта Скуратов.
Возможно, понимая, что время опричнины уходит, возможно, пытаясь реабилитироваться перед государем за свои ошибки, опричники не обращая внимания ни на что, сумели ворваться в крепость. Во время штурма сам Малюта Скуратов погиб, а его подчинённые в Вайсенштайне уничтожили практически всех, за исключением знатных дворян и воинов (немцев, шведов и других, бывших на службе у шведского короля).
Правда, сам Иван Грозный, якобы в отместку за гибель Малюты, приказал пленных привязать к колам и жарить. По воспоминаниям современников, жуткая казнь длилась несколько дней.
Со смертью Малюты фактически и закончилась эпоха опричнины.