Оля стояла на коленях посреди церкви и кланялась, кланялась... Люди заходили в церковь и, выправив дела души своей, приведшей их в церковь, уходили, а Оля всё так же клала поклоны, сопровождая их молитвой.
Силы казалось покинули её, Оля в изнеможении легла на пол и замерла: ни молитвы, ни стона, ни звука. Батюшка остановился над ней: - Оля, помочь тебе?
Оля вновь поднялась на колени: - Спасибо, батюшка. Сама.
- Неужто и сегодня тысячу поклонов положила?
- Да, батюшка.
Отец Михаил перекрестил Ольгу и, в порыве глубочайшего уважения, прижимает её голову к груди, целует.
- Иди. Отдыхай.
Оля, тяжело ступая: устала, медленно идет к выходу, крестится и выходит.
Вестей от сына нет уже три месяца. Раньше, в первые три месяца, хоть по одному звонку, но были, а сейчас нет и нет. Оля гонит от себя мрачные мысли, но они вновь и вновь ведут её в военкомат.
- Ольга Николаевна, нет пока для Вас никакой информации...
Военком не произносит: может в плену, а Оля не уточняет. Страшно об этом думать. Лишь бы был жив. Завтра она снова зайдет в военкомат. Военком хоть и говорит, что они сами перезвонят как только будет хоть какая информация о её сыне, но лучше она сама зайдет: вдруг дела неотложные не позволят сразу ей позвонить?
Урок. Ольга Николаевна привычно, взяв указку, рассказывает и показывает по карте о том, где и как 28 панфиловцев вершили свой подвиг. Класс, затаив дыхание, слушает рассказ учителя, переживая вместе с ней и отчаяние, и страх, и тяжелую радость победы шести оставшихся панфиловцев. Почему эту тему она выбрала для урока мужества? - сын где-то тоже сражается, может также тяжело.
Вдруг в окно постучала синичка. Ольга Николаевна замерла в оцепении, глядя на синичку, которая повертев головкой, снова постучала в окно и снова...
- Мама говорит, что когда птички в окно стучат, то они вести какие-то приносят, - сказал вдруг кто-то из класса.
- Вести? Вести?! - оцепенение сброшено и Ольга Николаевна, повторяя и повторяя: - Вести?, лихорадочно собирает рабочую сумочку.
- Ребята, я в военкомат, вы сидите тихонько, пожалуйста, - и Оля уже бежит по коридору школы.
Вот он военкомат. Оля остановилась, испугавшись вдруг опять услышать: - Нет для Вас вестей, Ольга Николаевна.
Силы оставили её и тут в сумочке зажужжал, поставленный на вибрацию, телефон.
- Ольга Николаевна, - кричал военком, - нашелся Александр. В Москве он уже, в госпитале...
Военком что-то ещё кричал в трубку, Ольга Николаевна без сил сидела на крыльце военкомата, слезы текли по лицу - слезы облегчения.
- Приходите после уроков к нам, я Вам всё расскажу, - возбужденно кричал военком так, что в ухе звенело.
- Я здесь, - слабо ответила Оля.
- Где?
- На крыльце... Мне синичка сказала...
Это было 21 сентября. В день рождения Пресвятой Богородицы, Матери Божьей и заступницы всего человечества.
Я звоню Оле, чтобы поздравить её с этим праздником: знаю о её горячей молитве Богородице. О её поклонах знаю от нашего общего знакомого и старого доброго друга нашей с мужем семьи, отца Михаила. Не выспрашиваю её об этом - ни к чему в этих вопросах чужое любопытство.
-Танечка, - голос Оли звенит на том конце невидимой нити связи между нами, - спасибо, моя дорогая!
- Оля?!? - я не верю своим ушам. - Оля?! неужели?
- Да, Танюша! Да!!!
Я не знаю окончания этой истории, как не знаю и её начала. Как только Оля вернется из Москвы, я обязательно постараюсь вам об этом рассказать.
Не поделиться этой жизненной историей не могу - слишком она меня волновала и вот такой её конец - это то чудо, которое лишний раз продемонстрировано верой в заступничество Богородицы.
Синичка как носитель вестей и в моей жизни была тоже, когда в дороге совершенно неожиданно от инфаркта скончался мой папа. Ещё утром он играл с моими детьми, а в обед (в момент его смерти) синичка уже очень настойчиво стучала в окно моего кабинета.
- А я на этом откланиваюсь. Желаю всем веры в заступничество Пресвятой Богородицы и вообще веры в чудо жизни как таковой.
- В этот день, 21 сентября, Бородица явила своё чудо и моей старшей дочери, которую спасла когда-то в её младенчестве, но об этом я умолчу, чтобы сохранить счастье в тишине: слишком большая у меня аудитория и она не всегда бывает благожелательной.
- С уважением, Татьяна!