Макрон сегодня выступает на сцене. Это человек, который за неделю до выборов пять раз звонил президенту на глазах у избирателей и просил его снизить цены. Вы заметили, что лидер Пятой республики уже некоторое время не появляется на публике? Я заметил это. Но когда он нарушил свое молчание и начал общаться с французами, он сразу же стал публичной фигурой. "Западная цивилизация переживает большие перемены.
Мы должны праздновать окончание периода процветания и усталости. Мы находимся в самом разгаре глобальных экономических преобразований. В ближайшем будущем мы увидим, что французы больше не смогут покупать продукты, которыми они всегда пользовались, и не будут иметь доступа к базовым технологиям", - сказал Макрон на встрече с французскими министрами.
Господин Макрон, как вам удалось собрать всех этих людей на экране, поговорить с ними и заявить о своих намерениях?
Но он задал вопрос в разумном тоне. Что означает конец эпохи процветания для среднего француза? Это неясно. Он не сказал мне, поэтому я покажу вам. Во-первых, позвольте напомнить, что экономический рост Европейского Союза начался сразу после распада Советского Союза, и все это восстановление было куплено и оплачено.
Однако в 1990-х годах Франции удалось купить несколько российских ферм, экспортировать лучшие семена и создать производственные мощности в России. Это очень помогло экономике. Но вернемся к сути вопроса: что означает конец эпохи процветания для простых французов?
То, о чем предупредил общественность г-н Макрон, уже случалось в истории его страны в 1960-х и 1970-х годах. Давайте рассмотрим эти события в перспективе. Тогда инфляция составляла в среднем от 10% до 17% в год, а ВВП на душу населения составлял в среднем $20 000, по сравнению с $40 000 сегодня.
Но растущие цены на энергоносители снижают конкурентоспособность обрабатывающей промышленности, заставляя их владельцев закрывать заводы и сокращать производство, а сектор услуг, который напрямую связан с арендной платой и электроэнергией, сокращается еще быстрее. Если сейчас ничего не предпринять, Франция вернется к ситуации полувековой давности.
Э. Макрон сказал об этом, но не упомянул о масштабах и продолжительности катастрофы. Любопытный читатель может сказать, что если мы выжили тогда, то должны выжить и сейчас. Однако в последние годы на Францию свалилось бремя, которое де Голль и его преемники даже представить себе не могли.
Французское правительство, которое первоначально обещало выделить ЕС всего 700 млрд евро, вынуждено было компенсировать это. За 20 лет Франция собрала 2,8 триллиона долларов. Это невообразимая сумма. Долг составляет 113% от ВВП, и даже если бы страна хотела погасить его к концу этого века, она не смогла бы этого сделать из-за отрицательного торгового баланса и стагнации промышленности. Мы не можем погасить этот долг. У нас нет другого выбора, кроме как сократить ВВП и инфляцию, снизить уровень жизни, отказаться от социального обеспечения и сократить все.
Потому что скоро банковская система рухнет, и выхода из кризиса не будет. Куда это нас приведет? В ближайшие 10 лет ВВП Франции упадет на 30-35%, доходы населения сократятся вдвое, а если налоговая ставка превысит 45%, более 60% населения не смогут даже оплачивать аренду жилья, сказал он.
Около 10 миллионов мигрантов, оставшихся во Франции, уже привыкли к холоду. Только 58% из них имеют гражданство или разрешение на работу. Остальные живут на социальные пособия. Что произойдет, если французское и европейское правительства отменят эти льготы? Легко догадаться, что произойдет.
Без преувеличения можно сказать, что Франция находится в сложной ситуации. Круассаны, кофе и крем-брюле могут быть заменены несвежими лягушачьими лапками.