В сознание нашего общества, за перестроечные и девяностые годы, прочно вбили постулат о злых большевиках и злодее Сталине, которые яростно и планомерно уничтожали православную веру в СССР. Попробую разобраться насколько справедливо данное утверждение.
Начну, пожалуй, с февральской революции 1917 года, с момента отречения от трона Николая второго. Православная церковь в Российской империи с 1721 года была лишена патриаршества и выполняла функцию министерства пропаганды при императоре всероссийском. Сам император являлся главой Святейшего Синода и стоял над церковным институтом, диктуя последнему свою монаршую волю. Николай второй, будучи человеком очень набожным, считал церковь основной опорой своей власти в империи. Сама Православная церковь, как общественный институт, и её иерархи присягали на верность помазаннику божьему. Что произошло сразу после свержения государя-императора? Правильно, Священный синод присягнул на верность Временному правительству, провели молебен в честь «Богом данного Временного правительства», а государев трон, стоявший в зале заседания синода, попросту выкинули в окно. Так что же это получается? Иерархи Русской Православной Церкви оказались… клятвопреступниками, и в первых рядах предали императора, на верность которому присягали. Не даром сам Николай второй на следующий день после вынужденного отречения писал в своём дневнике : «Кругом одно предательство». Почему же РПЦ пошла на такой шаг? А ответ простой – желание обладать большей властью перевесило верность клятве, данной помазаннику. Патриаршество – вот то, чего так хотело высшее руководство церкви и, соответственно, больше властных полномочий в стране в связи с этим. Одно только в упор не поняли господа верховные священнослужители, на дворе стоял двадцатый век, а не семнадцатый. Корона императора обеспечивала РПЦ защиту, положение в обществе, денежные потоки и власть. Самодержавие рухнуло, а вместе с ним и все вышеперечисленные привилегии. Предав императора, церковь открыла ящик Пандоры, который чуть полностью не уничтожил её саму. Когда либеральные псевдоисторики говорят нам, что церковные погромы начались с приходом к власти большевиков, они откровенно лгут. Народ стал громить церкви и убивать священников сразу после февраля 1917 года, когда большевиков у власти близко не было. Сельская община предъявила РПЦ претензии на церковные земли, многим зарвашимся церковнослужителям «благодарные» прихожане припомнили и взятки, и поборы. После октябрьской революции РПЦ, как могущественный государственный управленческий институт, рухнула окончательно. Идеология православия ни как не вписывалась в новую властную парадигму, и церковь оказалась вообще не в удел. Весь последующий путь, который пришлось пройти Русской Православной Церкви вплоть до 1939 года, можно сравнить с чистилищем, благодаря которому в её рядах смогли остаться только самые преданные Вере и Богу люди.
С одной стороны новая власть не препятствовала избранию патриарха и совершенно не планировала влезать во внутренние церковные дела. Но с другой, православная вера шла вразрез с идеологической концепцией большевизма. И уж совсем стало ясно, что государство не собирается кормить и содержать РПЦ за свой счёт. Дальше – больше, пролетарское правительство стало активно изымать у церкви излишки продовольствия и ценностей для нужд государства. Этим объясняется поддержка частью духовенства антибольшевистских сил в годы гражданской войны. Но нельзя огульно всех церковнослужителей записывать в ряды врагов новой власти, как это не странно сейчас звучит, были и те священники, которые активно поддерживали новое правительство и в частности выступали против белого террора. За что их самих подвергали репрессиям и убивали белогвардейцы.
Какова же была основная цель большинства русского духовенства в годы революционного лихолетья- поиск материальной опоры своего существования. Когда нам говорят о том, что большевики целенаправленно массово закрывали храмы, то откровенно лгут. Большевики вели активную пропаганду против веры, но в тоже время прекрасно понимали, что перегнув в этом деле палку, могут сильно озлобить население. Церкви оставили верующим, но верующие сами должны были теперь их содержать. Чем больше храм, тем больше средств на него требовалось, а если прихожане не могли себе позволить содержать его должным образом в годы войны, голода и разрухи, то такой храм разрушался. Брошенные храмы власть забирала в государственную собственность и использовала его в своих целях, а аварийные церкви просто сносили. Например, такая судьба постигла Храм Христа Спасителя в Москве. Содержать такое большое здание без государственной поддержки церковь просто не смогла. В итоге, как мы видим, предательство иерархами своего императора ооочень дорого обходилось им. Большое количество священников быстро оставались без работы.
Но даже в этих условиях часть священнослужителей не оставляла надежду выстроить взаимоотношения с новой властью и получать от государства определённую поддержку. В 1922 году так называемая «группа прогрессивного духовенства» из Петрограда во главе с Александром Введенским через Зиновьева нашли общий язык с правительством. «Обновляйтесь» - предложила власть группе Введенского : «Если считаете, что в церковном институте много лишнего и устаревшего, меняйте церковь, как мы меняем и обновляем общество». И часть духовенства согласилась с этим. «Обновленцы» отреклись от монашества, назвав его неестественным для человека образом жизни, разрешили себе жениться по нескольку раз и разводиться как простым мирянам, и ещё много других мирских «радостей», которые раньше считались неприемлемыми и постыдными для священнослужителя, новые «пастыри» разрешили для себя. На пути у новых раскольников стоял, избранный в 1917году Патриарх Тихон. Он категорически не принял такие новшества. Тогда «обновленцы» обратились за помощью к власти, а стоявшие у руля государственного управления коммунисты-интернационалисты (Зиновьев, Троцкий и прочие) прекрасно понимали, что позиции православия в стране сильно пошатнулись за последнее время и раскол может помочь окончательно дискредитировать церковь, как идеологического противника. Власть пошла на встречу «новым православным». В 1922 году Патриарх Тихон был арестован, Введенский шантажом добился передачи церковной власти другому иерарху. Патриарха Тихона вынудили подписать распоряжение о передачи временных властных полномочий митрополиту Агафангелу до созыва Поместного Собора. В мае 1923 года обновленцами, или как их ещё называли – «живоцерковниками» был проведён Поместный лже-Собор. На нём они провозгласили свои догматы единственно верными, а приверженцев традиционной православной морали попытались дискредитировать как наследников устаревшего и ложного учения. Большая часть церковнослужителей с радостью восприняла такие изменения. Им пришлось по душе, что «обновленцам» потакает и не притесняет власть, с восторгом было воспринято разрешение на открытый разгульный и мирской образ жизни. А вот большинство верующего населения страны живоцерковников не приняло, люди смотрели на них как на пародию на церковь. Достаточно вспомнить образ отца Фёдора из «Двенадцати стульев». Больше всего верующих возмутил переход церкви вместе с государством на григорианский календарь. Ведь юлианский календарь полностью соответствовал жизненному циклу крестьянина, а григорианский был непонятен. В последующие годы церковные приходы разделились на «обновленческие» и те, где священники сохранили свою приверженность традиционным канонам. Естественно, что верующие в большинстве своём старались посещать «старые» церкви, где проповедовали традиционалисты.
В годы НЭПа советская власть нанесла ещё один ощутимый удар по церковнослужителям – их прировняли к предпринимателям и заставили платить налоги. Многие бросали служение и уходили работать на гражданские должности, были вполне конкретные случаи, когда бывшие священники делали очень не плохую карьеру на управленческих должностях и вступали в партию. Органы госбезопасности страны активно вербовали священников для работы в своих интересах и многие соглашались. Такая «крыша» гарантировала и работу и покровительство. В каждом приходе был минимум один тайный осведомитель, который сообщал в органы о потенциально нелояльных власти людях. Часто в обязанности таких попов входило нарочно провоцировать людей на антисоветские высказывания и тем самым людей умышленно подводили под статью.
После 1929 года в стране провозгласили коллективизацию, самыми активными противниками этого процесса выступали кулаки, а вместе с ними и сельские священники, которых эти кулаки неплохо прикармливали. Естественной реакцией власти стали репрессии против таких священников, их сажали в лагеря и расстреливали. Так как бунты в деревнях часто начинались с колокольных набатов, с 1930 года звонницу в СССР запретили.
Последним тяжёлым ударом по церкви и священнослужителям стали репрессии 1937 года. Дело в том, что по новой конституции 1936 года в СССР отменили класс так называемых «лишенцев» - людей поражённых в общественных правах. К таким относились и служители церкви, отныне они могли свободно голосовать и что самое главное, статья об альтернативности выборов позволяла лишенцам избираться самим. Надо отметить, что эта Сталинская инициатива сильно напугала местные власти, которые состояли из старых большевистских кадров ещё ленинской закваски. Они уверенно «проросли» вглубь региональной управленческой структуры и делиться своей властью ни с кем не собирались. Но при этом за годы своего самоуправства достаточно «накосячили» и в период коллективизации, и просто, руководя кавалеристскими методами, сильно настроили против себя народ. Недовольство избирателей региональные «партийные бароны» отлично понимали и выступили против предложений Сталина. Поэтому, предложенный Генеральным секретарём пункт об альтернативности выборов, голосование в ЦК не прошёл. Но этого им показалось мало, и региональная партократия потребовала от Сталина разрешение на проведение репрессий против засилья в подчинённых им областях и республиках «врагов народа». Таким образом, красные бароны стремились уничтожить потенциальных конкурентов своей власти на местах. Попали тогда под раздачу и священники, особо пострадали именно те, кто пользовался авторитетом у народа. То есть основной удар был нанесён по той малой группе церковнослужителей, которые, не смотря на раскол, налоги, полное отсутствие финансирования, антирелигиозную пропаганду официальных властей продолжали верой и правдой служить Богу и народу.
К 1938-му году Православная церковь в СССР была на грани полного разложения и уничтожения, приходов оставалось минимальное количество, служители боялись малейшего движения в свою сторону. Казалось, всё РПЦ как институт прекратила своё существование, но… Что произошло дальше, расскажу в следующей статье.
Если вам понравилась статья, и вы дочитали её до конца, очень прошу поддержать мой канал подпиской и поднятым пальцем, эта малость с вашей стороны критически важна для развития канала и поддержки автора.