//«Что есть красота? И почему её обожествляют люди?»//
(Н. Заболоцкий)
Как это случается? Вроде неожиданно, но, мне кажется, закономерно. Открываешь какую-то книгу и вдруг видишь строчки, совпадающие с твоей мыслью, как будто их ты написала. Я случайно беру Юрия Олешу, открываю книгу на случайной странице и читаю:
«Странная вещь, хорошие книги забываются! Их всякий раз читаешь как бы впервые. Казалось бы, если книга меня поразила, я должен запомнить её во всех подробностях. Однако происходит обратное. Конечно, я помню сюжет, содержание, образы, но что-то забыто, какие-то моменты уходят из памяти. При повторном чтении они появляются неожиданно.»
И дальше о Чехове. ЮО напоминает, но я вспоминаю и сама. При первом чтении часто стремишься вперед, не останавливаясь. А при перечитывании вдруг затормозишь, читая, например, о стаде грациозных и красивых оленей, которые промчались мимо доктора Андрея Ефимовича в момент его смерти («Палата №6»). ЮО говорит о чеховском приеме – вдруг в прозаическом повествовании раскрыть поэтическое окошко. Это красота, о которой Чехов много думал и обязательно включал в свои рассказы самым неожиданным образом. В «Палате №6» это олени. В «Скучной истории» он размышляет о том, что в университетских садах должны расти высокие сосны и хорошие дубы. Чтобы студент видел перед собой только высокое и изящное. Когда я думаю о дубе, у меня сразу всплывает стандартный эпитет «могучий». А вот Чехов говорит «хороший». Хороший дуб значит крепкий. Жизнь должна быть красивой. Этим утверждением пронизано всё его творчество.
Не могу не сказать ещё об одном рассказе, АПЧ «Устрицы», которым заканчивает свои «Заметки» Олеша. Это нечто особенное, это загадочный рассказ Чехова, это предвестник будущего. Между прочим, как и его пьесы.
Два бедняка, маленький мальчик с отцом, просят на улице милостыню. Напротив трактир со сверкающей рекламой устриц. Мальчик вообще не знает, что это такое. Отец объясняет, что устрицы живут в раковине и люди их едят. И мальчик начинает повторять: «Хочу устриц». Это кажется забавным двум прохожим, они ведут мальчика в трактир и кормят устрицами. А дальше начинаешь понимать, что не только Чехов гений, но и Олеша гений. Он сумел прочувствовать нечто. Он сумел увидеть будущее и ахнуть. ЮО приводит две цитаты из чеховского рассказа. А сейчас внимание:
«Мне не нужно слишком напрягать память, чтобы во всех подробностях вспомнить дождливые осенние сумерки, когда я стою с отцом на одной из многолюдных московских улиц и чувствую, как мною постепенно овладевает странная болезнь.»
И ещё: «Этот бедный, глуповатый чудак, которого я люблю тем сильнее, чем оборваннее и грязнее делается его летнее франтоватое пальто, пять месяцев назад прибыл в столицу искать должности по письменной части»
И вот тут озарение, эти два абзаца – предвидение или предсказание.
Олеша пишет: «Иногда мне кажется, что этот рассказ не мог быть написан русским писателем в 1884 г. Вся манера, фигуры, приемы относятся к будущей мировой литературе, ко времени Чаплина или французских режиссеров»
ЮО считает, что это было первым проявлением гениальности Чехова.
А я добавлю, что эти озарения Олеши, не говоря уже о его романе «Зависть», - свидетельство его гениальности.