Ссора из-за бутерброда с ветчиной
Видимо, кто-то нашептал нашей классной, что я до последнего не сдавала деньги ей на подарок. А, может, ей просто не нравится Тошка. Но сегодня мне на WhatsApp пришло сообщение:
Антон отвратительно себя вёл! Задирал многих детей!! На мои замечания совершенно не реагировал! Убедительная просьба — провести беседу!!!
Да, именно такое, с кучей восклицательных знаков.
Тошу забирала сестра, ей Марина Аркадьевна ничего говорить не стала — предпочла написать мне.
Поговорила с Тошей — ну велено же «провести беседу». Начала издалека: как в школе, как дела, что Марина Аркадьевна тебе говорила, во что с одноклассниками играли. Тоша нехотя давал односложные ответы и посматривал на меня с тревогой — явно чувствовал, к чему я клоню, но сам говорить ничего не хотел. Так что я спросила в лоб:
— Что у тебя сегодня произошло с ребятами? Марина Аркадьевна сказала, что ты многих задирал…
— Многих?! — искренне удивился Тоша. — Да у нас всего 31 человек в классе!
Не сказала бы, что 31 — это «всего», но в целом возмущение мне понятно: в масштабах населения планеты от понятия «много» эта цифра далека.
После дальнейших расспросов выяснилось, что Тоша повздорил с двумя мальчиками: с одним из-за роликов на ютьюбе, с другим — из-за бутерброда с ветчиной, которым тот обещал поделиться, но обещание не выполнил (тут даже отчасти могу понять Тошу — где такое видано?!) Договорились, что нужно быть сдержаннее и уж тем более не толкаться, если тебя руками не трогают.
Но вообще шутки шутками, а меня эта ситуация встревожила. Тошка к конфликтам вообще не склонен, за все 9 лет подрался два раза, из них один — с боксерской грушей на спортивной площадке. Цепляться к детям на ровном месте, толкать их? Вообще на него не похоже. А вдруг со стороны школы всё в порядке, и у меня просто какой-то неправильный ребёнок? А я этого не замечаю, потому что уже превратилась в каноническую «маму мальчика», которая всё прощает своему «сыночке-корзиночке»?
«Пусть Антон меня больше не трогает!»
Не успела я отчитаться Марине Аркадьевне о проведённой беседе и выдохнуть, как ко мне после уроков подошёл Тошин одноклассник Руслан. И очень серьёзно заявил:
— А скажите, пожалуйста, Антону, чтобы он меня больше не трогал.
Я даже расспросить ничего не успела — Руслан обиженно посмотрел на Тошу и быстренько зашагал в сторону многоэтажек, размахивая на ходу мешком со сменкой.
Руслан — это тот самый мальчик, который зажмотил бутерброд с ветчиной. Только на этот раз сын так ни в чём и не признался, твёрдо стоял на своём: больше мол Руслана не трогал. И вообще никого не трогал.
Позже Марина Аркадьевна написала, что у них какой-то конфликт, они все время друг друга подначивают. В детали она, конечно, не вникала, просто рассадила мальчишек по разным концам класса. Очень педагогично. Я ответила ей, что это странно — ведь Тоша с Русланом в прошлом году дружили, ходили друг к другу в гости. И тут Марина Аркадьевна решила добить меня контрольным выстрелом:
У Антона вообще проблемы в отношениях с одноклассниками! Он мало с кем общается, все перемены стоит один, носом в телефон. Вам нужно что-то с этим делать!
Ох. Бедный мой малыш. Мой дружелюбный общительный мальчишка, который на любой детской площадке за несколько минут находит друзей.
Я и не подозревала, насколько ему, должно быть, тоскливо в школе. Каким одиноким он себя чувствует.
Я договорилась об очередной встрече с психологом и поняла, что со всем этим точно надо что-то делать. Нельзя оставлять Тошку в беде. Села и записала все варианты: частная школа, семейное обучение, онлайн-школа. Или, может, найти более чуткую государственную школу? Как бы вы поступили? Что бы выбрали?