Отошел праздник Астафия – мельника. Теперь только поторапливайся. Со всей округи будут везти крестьяне зерно. И вот – досада! Глянет Астафий из окна мельницы: «Что за смех на тропе ранний?» А это - Фекла идет, красным сарафаном полыхает. Потому ее еще Зареицей называют.
Глаза Феклы зеленые глянут горько, и тогда жалобно скрипят жернова, крылья мельницы беспорядочно забьются на ветру. Будто какой-то птице одинокой не хватает сил, и вот-вот она упадет на землю. Но очнется Астафий-мельник, по убеленным мукой волосам проведет рукой, уберет с белых ресниц осеннее виденье. Отойдет от узкой оконницы. И что Фекле за такая оказия - от работы его отнимает!
За весельем, осенними игрищами, древними обычаями всегда хранилась дума крестьянина о хлебе, о сохранении достатка в семье.
На Феклу в овине - сушка снопов. Как правило, топить овин поручалось старикам. Парни прочищали яму, в которой разводился огонь, приносили поленья, сухие ветки. Перевешивали на свои места цепы. Девушки принимались прибирать в овине, ступицы да торбы переставлять. А кто и заплаты на мешках шил. А между делом - на парней поглядывали. Примечали: ладно ли парень работает, снопы складывает, сноровист ли? За разведенным огнем нужен был глаз да глаз. Ненароком ветер ворвется, рассыплет огненные искры, то недалеко до беды - вспыхнут снопы. Останется без хлеба семья. Зарний день, пылкий. Отсюда и стариков наказ: «Топить овины - топи, а на Феклу оглядывайся!» И еще: «На Зареницу - хозяину хлеба ворошок, а молотильщикам - каши горшок».
Хозяйки старались накормить молотильщиков, не нарушить древний русский обычай. В пестерях, укутывая только что снятые с угольев из печи горшки овечьими кожухами, укрывая платками, несли кашу в овин. Обычно это была каша крупяная, на масле, на молоке. С ней – испеченный хлеб. Молотильщики, принимаясь за обед, говорили: «С добрым урожаем, хозяюшка! С добрым хлебом!»