Родился Лев Бардасович на территории Армении в 775 году. В его жилах помимо армянской текла кровь и ассирийцев, а по мнению иных ученых, сирийцев. Так или иначе, но в истории он останется именно под прозванием Армянин.
Чем прославиться сыну простого патриция из дальней провинции Византийской империи в VIII веке? Разумеется, своей военной доблестью. В летописном своде под авторством, так называемого, Продолжателя Феофана, сказано, что уже в юношеском возрасте, на службе в Анатолике, Лев заработал репутацию не только храбреца, но и одного из самых воинственных и кровожадных. Одним видом своим он мог отпугнуть врагов, таким был огромным и устрашающим.
Его заметил местный правитель Вардан, который был стратигом Константинополя, но мечтал стать полновластным правителем. Для исполнения мечты ему и нужны были отчаянные воины. А Лев, помимо своих военных преимуществ, обладал изысканным красноречием. Особенно это четко выражалось на фоне второго призванного воина, Михаила Травла, которого уже тогда прозвали косноязычным.
19 июля 803 года Вардан со своими верными войсками отправился против императора Никифора. Это стало возможным по нескольким причинам. С одной стороны, народ не любил государя за высокие и многочисленные налоги. С другой стороны, о Вардане стала идти слава, что он очень справедлив, а добычу в битве делит не по званиям, а по заслугам в конкретно этом бою. Окружение фактически объявило Вардана царем. Оставалось только победить Никифора.
Но этого не случилось. Те, на кого так рассчитывал Вардан - Лев и Михаил Травл переметнулись со своими отрядами на сторону императора, предав своего покровителя. Да и преданных Никифору войск было много. Вардан проиграл, просил пощады, добровольно постригся в монахи, но был отправлен в изгнание, ослеплен. Вардан стал истовым монахом, повелел и своим родным постричься. Жил аскетом, в постоянном посте.
А Лев за свое предательство стал начальником федератов, знатной личностью, получил имения. Он знал, что ему славу приносит лишь битва, поэтому регулярно устраивал небольшие но победоносные битвы против мусульманских соседей, всё более обретаю славу. При этом, Лев совершенно не обращал внимания на поручения Никифора, выдаваемые на содержание войск денег, тратил по своему усмотрению. Вне битв вёл весьма праздную жизнь. Настолько, что прозевал нападение мусульман, бежал с поля боя и откупился от них солдатскими деньгами.
На этом терпение Никифора закончилось. Лев был бит и навсегда отправлен в ссылку. Но не случилось. Император умер, а новым стал зять прежнего, Михаил Рангаве, свергнув сына Никифора Ставракия. Михаил простил Льва и в итоге сделал его правителем Анатолика, то есть тем, кем когда-то был Вардан.
Император Михаил ввязался в противостояние с болгарами, которые то хитрили, то отказывались платить дань. Басилевс пошел войной на царя болгар Крума, призывая на помощь Льва с его отрядами. Тот долго не шел. Но когда, видя, что болгары не хотят воевать с Константинополем, император довольный решил повернуть назад, то появился Лев и стал увещевать, что негоже спину показывать, что надо напасть и разбить болгар, чтоб неповадно им было с императором впредь в игры играть. Лев утверждал, что уже в этот день завоюет победу.
Император Михаил решился начать сражение и повел войска на болгар. Но Лев со своими отрядами в это самое время развернулся и увел отряды. Болгары одержали победу. Расстроенный император отправился домой, главным по рангу над войском остался Лев, который и стал вести речи, что слабый Михаил не достоин быть императором. А кто достоин? Ну, разумеется... Армия и провозгласила Льва правителем. Это случилось 11 июля 813 года.
Что же император Михаил? Ну он огорчился. Сказал, что на всё воля Божья, успокоил жену, которая призывала сопротивляться. Постригся сам в монахи, постриг приняла и супруга, и дети. Жил ещё три десятка лет на острове Плат. За тихую жизнь Лев ему еще и выплачивал ежегодную пенсию.
Лев, стал императором, не забыл и о своем товарище Михаиле Травле. Шепелявый друг и соратник по предательству Вардана стал его правой рукой и по многим признакам, стал считать себя наследником царской власти.
Первым делом Лев обратил взор всё на тех же болгар, которые продолжали грабить византийские земли своими набегами. Император повел своё войско. Болгары вышли в ответ. Две армии поставили лагерь друг против друга, ожидая, кто первый нападет. В ночи Лев со своим авангардом исчез. На утро, когда это заметили, начался переполох. Враги уже чувствовали себя победителями, пошли на оставшееся без правителя войско. Но оказалось, что Лев с отрядами прятался в засаде и ударил неожиданно, внеся сумятицу. В результате болгары потерпели поражение. Войска ромеев зашли на болгарские земли, уводили в плен мужчин и женщин, детей истребляли.
Говорят, что с тех пор, Лев осознал свою вседозволенность и уже никак не сдерживал свою жестокость. Любого провинившегося человека наказывали "усечением самых главных членов, коих вывешивали на всеобщее обозрение".
А дальше случилось, как описывают, что некий монах Симватий, которого представили Льву как прорицателя, сообщил тому, что править будет он семьдесят два года и увидит на троне своих внуков, но только в том случае, если возобновит борьбу с иконопочитанием. Разумеется, прежде этой встречи, отшельника правильно настроили сторонники иконоборства. Но император был неискушен в религиозных вопросах, а править и жить хотелось долго.
Поэтому Лев провозгласил новый этап уничтожения икон. Патриарх отказывается поддержать это решение, за что тут же отправлен в ссылку, а на его место восходит Феодот Каситера, человек недалекий и, главное, "безгласней рыб". Иконы разбивались, разламывались, сжигались на площадях городов.
Сам Лев не брезговал и варварских обычаев. При заключении мира с гуннами, пишет Игнатий Диакон, император совершал магические действия. Говорят, что он даже не упоминал Бога, в том числе в договорах, хотя обычно было принято призывать Господа и святых в свидетели и ручатели искренности.
Именно этим, объясняют средневековые хронисты регулярные засухи, моры, землетрясения, которые постигали страны в период правления императора Льва. Были и вовсе страшные и редкие знамения: извержения вулкана, особые сверкания пламени в небе.
Продолжатель Феофана сравнивает Льва с осой, которая никогда не расстается со своим жалом, так и император не доверял никому армию. Лично занимался тренировками, осмотром войск. Он регулярно со своими отрядами совершал поездки в регионы, чтобы помнили, кто император, чтобы не возникало ни у кого мыслей бунтовать.
Разумеется, такая жестокость и самодурство правителя не могли не породить недовольства. Узнал Лев, что больше всех говорит гадостей о царе никто иной, как его косноязычный друг детства Михаил Травл. Начали расследовать, выявили заговор. Приговорили Михаила к казни, но царская супруга Феодосия уговорила сохранить жизнь. Лев согласился, но тогда уже сказал жене, что у этого прощения будут последствия. Михаила он оставил жить, но в кандалах и под надзором.
После этого царя стали мучать видения, страхи, сомнения. Однажды ночью, он ворвался в спальню Михаила, где увидел того спокойно спящим, а не мучимого раскаянием, каким предпочел бы застать. В гневе царь убежал, а Михаил поняв, что ему теперь несдобровать, отправил послание друзьям-заговорщикам, что готов всех выдать если не вызволят его.
На утренней службе в церкви царь пел псалмы, когда заговорщики обнажили мечи. Лев, обладая колоссальной силой, пытался защищаться, избрав себе оружием крест. Но как дикому зверю, ему наносили небольшие раны, от которых он всё более ослабевал. И вдруг этот жестокий и бесстрашный гигант взмолил о пощаде. В ответ ему отрубили голову. Тело вытащили на обозрение на Ипподром. Сыновей подвергли оскоплению и отправили на остров Прот в изгнание.
Михаила Травла тут же освободили и усадили на трон. Забавно, но он сел на трон в кандалах. Не могли никак открыть, ключи хранил при себе Лев, а где их теперь искать. Уже потом как-то расколотили их, освободив нового императора Михаила II.
Читайте также:
Ставьте лайк, пишите комментарии - нам приятно. Подписывайтесь и делитесь с друзьями в соцсетях. Мы также ждём Вас на нашем канале в Telegram